Вторая Отечественная

Да и как не поверишь тут в Божий промысел, если самый талантливый и решительный русский адмирал Макаров совершенно внезапно и столь бесславно погиб на морской мине? А практически выигранный в Желтом море бой русские в итоге проиграли из-за гибели адмирала Витгефта – уже после того, как адмирал Того приказал выйти из сражения! К Цусимскому побоищу, в ходе которого русские снаряды просто не взрывались, вопросов очень много, но в сущности, это ведь событие из одного ряда с предыдущими примерами…

По окончании войны и возвращении из плена вольноопределяющемуся Марочко присвоили положенное (и запоздавшее!) звание унтер-офицера, вручили памятную медаль из светлой бронзы, вручаемую также всем участникам боевых действий, и уволили в запас по истечении срока службы. Сдавать офицерский экзамен заметно охладевший к армии Павел Иванович не стал, а вернувшись в родной Муром, нашел работу в крестьянском банке и встретил Александру – будущую любимую жену, подарившую Марочко двух славных ребятишек…

Но вот наступил 1914 год – и все еще находящийся в запасе ветеран Японской войны был вновь призван на военную службу и отправлен в Тифлисское училище. Как бы ни было тяжело оставлять семью, Павел Иванович был вынужден подчиниться приказу… И после нескольких месяцев подготовки, за время которой унтер-офицер, заметно набравший на гражданке, скинул лишний вес и вспомнил былые боевые навыки, вновь оказался на фронте.

Наконец, уже тут, в боях под Сарыкамышем, новоиспеченный офицер и дворянин ясно осознал, что обладает не таким уж и маленьким боевым опытом и что его умения и навыки служат его соратникам славную службу. Вон как далеко и результативно забросил первую же бомбу! И ополченцам, некоторые из которых и вовсе не знают русского, личный пример подал – пусть наверняка ненадолго, но все вместе они сумели остановить османов, заставив накатывающую вперед цепочку врага залечь после серии частых гранатных взрывов…

Правда, все никак не получается у прапорщика вновь привыкнуть к страху смерти. Но так ведь и не за себя ему страшно – больше за Сашеньку и деток… Как же они без него справятся, коли погибнет на фронте отец и кормилец?!

Оглушительный рев османов, неудержимо бросившихся в атаку, раздался со стороны прикрывающего нас слева заслона. Ответом ему был жиденький клич горстки ополченцев – и частая, но быстро оборвавшаяся стрельба. Как кажется, мне даже удалось разобрать несколько сухих выстрелов офицерского нагана прежде, чем все стихло…

В отличие от второй группы, пустившей в ход гранаты и сумевшей задержать турецкую атаку, это «отделение» по какой-то причине ими не воспользовалось.

Возможно, просто из-за незнания наспех выданного ополченцам оружия…

– Все, Жорж, теперь точно уходим.