Художница из Джайпура

– Уходи! Я тебя ненавижу! – завопила она.

Младенец заревел. Радха принялась укачивать его трясущимися руками, и ребенок перепугался еще пуще. Личико его покраснело от крика.

Дверь открылась, вошел доктор Кумар в сопровождении мрачной сестры милосердия с часиками-брошкой. Посмотрел на меня, на Радху, на ребенка, снова перевел взгляд на меня.

Я вытерла слюну с краешка губ. Мне было стыдно поднять глаза на доктора. Я и не знала, что способна на такую жестокость – обозвать сестру «девчонкой-проклятьем».

– Пожалуйста, унесите ребенка.

– Нет! – крикнула Радха. – Я хочу его покормить!

От крика младенца можно было оглохнуть.

Я сделала над собой усилие и проговорила кротко, точно обращаясь к клиентке:

– Пожалуйста, доктор.

Он вздохнул. Медленно повернулся к сестре милосердия, кивнул. Сестра бросила на Радху неодобрительный взгляд, забрала у нее орущего ребенка и быстро вышла из палаты.

– Доктор Кумар, умоляю, пожалуйста, позвольте мне оставить ребенка.

Я смутилась: просит, как уличная побирушка!

– Это не я решаю, – ответил он.

– Честное слово, я буду о нем заботиться! Я справлюсь!

– По закону до вашего совершеннолетия за вас отвечает сестра. Вы должны делать, как она говорит.

Радха зажала уши ладонями, замотала головой.

Я посмотрела на доктора Кумара: он потер подбородок, встревоженно взглянул на меня, шагнул ко мне, коснулся моего плеча, на миг задержав руку. Его прикосновение успокаивало: мужайтесь, словно бы говорило оно, в конце концов все будет хорошо. А потом он вышел и закрыл за собой дверь.

Заплаканное лицо Радхи исказила ярость.

– Вечно ты решаешь за меня! – взорвалась она. – Кормить ли мне ребенка или не кормить. С кем общаться. Как разговаривать. Что есть. Когда это кончится? Хватит мною командовать! Тринадцать лет я обходилась без твоей указки! Тринадцать лет! Я была совершенно одна. Питаджи пьяный. Маме ни до чего нет дела. И я умудрилась добраться до Джайпура, а это сотни миль! Ты хотя бы представляешь, чего мне это стоило?

Она окинула взглядом свой больничный халат: на груди расплывались влажные пятна.

– Я хочу, чтобы у меня была семья, джиджи. И всегда хотела. Потому и проделала такой путь, чтобы тебя найти. Этот ребенок – моя семья. Ему нужно мое молоко. Ты видела, как он смотрит на меня? Пока он был у меня в животе, я все время разговаривала с ним. Он узнает мой голос. Он узнает меня. Я нужна ему.

Ну разумеется, он ее узнает. Восемь месяцев он провел в ее утробе. Я это понимала. И меня удивило, какую нежность пробудил во мне этот младенец. Поэтому-то я и желала им обоим лучшей жизни. Неужели Радха не понимает? Как мне найти слова, чтобы наконец втолковать сестре: все, что я сделала, для ее же блага? Она раздражала меня, а порой и пугала, но я готова на всё, лишь бы ей жилось лучше, проще.