Звездная Кровь. Владыка Теней

Да, жар оставшегося пламени все равно причинял ему вред, опалял кожу и волосы, но тело было уже достаточно закаленным, чтобы выдержать. Он вспомнил огненную купель Эриния — кел специально тренировали Стихийность, чтобы подобные испытания не причиняли им вреда. Навыки Витамантии почти мгновенно залечивали ожоги, а боль… Что такое боль? Всего лишь безмолвный крик тела. Архитектор следовал по пятам:

— О, ты не сопротивляешься боли? Принимаешь ее? Почему?

— Потому что она — часть Восхождения.

В пламени он нашел обугленные кости и еще один Обломок Скрижали, четвертый по счету. Интуиция и опыт говорили Одному из Тысячи, что не стоит открывать их раньше времени — обломки не просто так ждали на каждой платформе. Они могли быть приятным дополнением — Сокровища считались щедрым Доменом, но могли оказаться и частью испытания.

Лабиринт видящих зеркал. Один из любимейших трюков кел. Каждое отражение показывало иную версию Пламени Подобного. Разные времена, разные жизни, разные воплощения. Пламени Подобный шел между отражениями, просто разбивая одно за другим, а вот Архитектор заглядывал в каждое:

— Что у тебя в голове? Кто ты на самом деле? Великий Единый? Падший осколок? Истинный Восходящий? Или что-то еще?

— Все сразу, — ответил Пламени Подобный, равнодушно сметая зеркала иллиумовым клинком.

— Как банально… — разочарованно вздохнул Архитектор. — Я ожидал более глубокого самоанализа! Экзистенциального кризиса! Драматического прозрения!

— Я уже проходил этими тропами.

Пламени Подобный наконец разбил центральное зеркало, и из него выпал еще один серебряный Обломок.

— Хм, — Архитектор задумчиво окружил себя геометрическими проекциями, будто рассчитывая что-то. — Впрочем, в этой простоте есть своя красота!

Шестая, предпоследняя платформа по задумке создателя должна была стать наиболее сложной, ибо представляла собой смешанное поле замедленного, ускоренного и остановленного времени, в котором, подобно пойманным мотылькам, застыло множество мертвых Восходящих. Некоторые выглядели глубокими стариками, а другие — детьми, потому что временные потоки смешали и изменили процессы. Несмотря на весь трагизм происходящего, Пламени Подобный изумился искусству создателя Домена — этот кел, несомненно, был мастером своего дела и филигранно владел множеством секретов. Пожалуй, ему даже стоило отдать должное, несмотря на назойливость:

— Твоя работа впечатляет.

— О, тебе нравится? Так редко встретишь ценителя истинного искусства! На создание этого эффекта ушло семнадцать циклов.