Гордая птичка Воробышек

Запускает пятерню в непослушные под ветром волосы, отбрасывая их от лица.

– Да, хорошо бы, птичка. Тебе понадобится помощь с экзаменом, а наш уговор все еще в силе. К тому же София очень требовательна и неподкупна. Не представляю, как ты самостоятельно справишься.

– Она настоящий кремень, – соглашаюсь я, – с ней будет непросто. Только вот вечер праздничный, не хотелось тебе мешать.

Его колючие глаза холодеют, а рука вновь находит карман.

– Я никого не жду, Воробышек.

– Но ты, быть может… – я хочу сказать «устанешь с дороги и захочешь отдохнуть», но Люков тоже умеет читать мысли.

– Нет.

Теперь уже с облегчением выдыхаю я.

– Хорошо. Тогда, может… Знаешь, я могла бы приготовить для тебя что-нибудь, если ты не против. Хочешь? У тебя такая замечательная кухня и повод хороший. Мне не трудно! – спешу добавить, чтобы скрыть не вовремя проснувшееся смущение. – В ответ за помощь в подготовке к экзамену, конечно!

– Я вернусь к вечеру, но оставлю тебе ключи. Не хочу, чтобы ты ждала.

– А…

– Удобно. Вполне удобно, поверь.

– Хорошо. Тогда до рождественского вечера, Илья?

– Да, до вечера. И до встречи, Воробышек.

Я делаю несколько шагов к ступеням подъезда, но неожиданно оборачиваюсь. Он все еще стоит на месте и смотрит мне вслед. Точь-в-точь как тогда, когда впервые проводил к магазину поздним вечером. Когда оставил у себя дома, заставив приготовить для него черный сладкий кофе.

– Илья?

– Да?

– Спасибо за сказку, что рассказал на ночь. Она чудесная.

Вот теперь он улыбается. Светло, дерзко и с ямочками на щеках. Такой красивый, что захватывает дух. Должно быть, я засматриваюсь на него, глупо таращусь не мигая, потому что он вдруг бросает мне, кивнув на дверь:

– Беги, Воробышек, замерзнешь!

И я бегу. Взлетаю по ступенькам на родной этаж и только там тяжело приваливаюсь спиной к двери. Такая неожиданно послушная и влюбленная, сошедшая с ума девчонка, так крепко прижавшая руки к пылающим щекам.

Ох!

* * *Университет встречает меня шумом и любопытными взглядами однокурсников. Из-за поломки в дороге рейсовый автобус задержался, и я мчусь по факультету, боясь опоздать на консультацию к Игнатьеву, отвечая на приветствия незнакомых мне парней настороженным кивком и уворачиваясь из чужих рук, так и норовящих обнять меня. Влетаю в учебную аудиторию и застываю, неожиданно натолкнувшись на бурные аплодисменты своих одногруппников.

– Эй, ребята, вы что? – я настолько ошарашена подобным приемом, что испуганно пячусь назад, желая то ли выскользнуть в коридор, а то ли провалиться под землю от неожиданного внимания группы, но крепкие руки Юрки Рябухи ловят меня, крепко заключают в объятия и прижимают к груди парня.

– Попалась, птичка! И она еще спрашивает что?! – смеется парень.