Гордая птичка Воробышек

Сейчас принесу тебе сумку и туфли, а после подожду внизу. Иначе, чувствую, договоримся мы с тобой, Воробышек.

* * *Большой Босс сам выходит проводить нас. Бодро желает удачи и приглашает в гости.

– Заглядывай, Женечка, не забывай. Можно без повода. А может, по лошадкам вдруг соскучишься, так приезжайте с Ильей, покатаетесь. Ну, до свидания, девочка, – прикладывается к щеке и обнимает за плечи, когда его сын распахивает передо мной дверь белой «ауди», приглашая забраться внутрь, – и спасибо тебе за все!

– До свидания, Роман Сергеевич. Непременно. Как только выпадет случай, так сразу и… Еще раз с наступившим Вас!

… Мы молчим с Люковым всю дорогу до Гордеевска, думая каждый о своем, но машина останавливается у моего дома, и приходит время прощаться. Я говорю ему «До свидания, Илья» и выбираюсь из уютного салона авто в январский мороз. Спешу к подъезду, прыгая в туфельках по снегу, когда его шаги и окрик «Подожди, Воробышек!», нагоняют меня.

Он заступает мне путь и сует руки в карманы короткой кожаной куртки. Смотрит куда-то поверх плеча, покусывая губы.

– Когда вернешься? Завтра? – спрашивает с непонятным напряжением в лице, по-видимому, имея в виду наш общий с ним город.

– Да, утром, – я поднимаю глаза, кутая подбородок в меховой воротник пальто. – У меня третьего экзамен, а завтра консультация. Хорошо бы на нее попасть. Сам знаешь, как Игнатьев не любит, если студенты игнорируют его предмет.

– Высшая математика, – с пониманием кивает Люков, – я помню. Не переживай насчет Игнатьева, – коротко замечает, – я с ним говорил. Экзамен ты сдашь."

"– Да? – я на миг теряюсь от такого уверенного заявления, но тут же вспоминаю слова Ильи о том, что математик – жадный сыч, и он с ним договорится. Вот только не приняла сказанное всерьез, хотя должна была, зная парня. – Но как же, Илья… – растерянно моргаю сквозь очки, отводя от лица непослушные волосы, так и норовящие улететь вслед за шаловливым январским ветерком. – Если… Если ты договорился за деньги, то я не смогу тебе так сразу вернуть. Я взяла отпуск на время сессии и… И потом, что Игнатьев подумает? Ведь так нельзя!

– Какая разница что, птичка? – хмурится парень. – Не ты первая, не ты последняя. Да и не за деньги – за услугу. Но это наши с ним дела, не важно. Послушай, – начинает неуверенно, пока я принимаюсь притопывать на месте, – ты… кажется, у тебя следующий экзамен восьмого?

– Да, термодинамика, – отвечаю я.

– Воробышек…

– А?

– Меня не будет в городе несколько дней. Я должен уехать, но… – Люков наконец-то смотрит на меня из-под темных ресниц, – шестого вернусь. Ты…

Я понимаю его без слов.

– Конечно, Илья. Я приеду к тебе… Если хочешь.

Он вздыхает с облегчением, расслабляя плечи.