В начале пути

Не оборачиваясь к Ушакову, Петр откинул клапан кожаной полевой сумки, носимой через плечо, извлек из нее лист бумаги, поврежденный огнем, и протянул для ознакомления Ушакову. Тот с явным интересом принял странный документ и углубился в чтение.

Эту сумку у скорняка заказал денщик Василий, по желанию Петра, который сам нарисовал, что именно хочет получить. Имея сравнительно небольшие габариты, она могла раскладываться и, вместив в себя большие листы, вновь сложиться вдвое, при этом бумага не мялась, предохраняемая на сгибах кожей. Под клапаном кармашек для походной чернильницы и несколько кожаных петель для хранения укороченных перьев, лишенных оперения, а также перочинный нож. Очень удобно, не то что дедовы обшлага. Мысль о том, что он превзошел Петра Великого даже в такой малости, с одной стороны, грела, с другой – воспринималась как-то спокойно, мол, главное, что удобно.

– Интересный документ, государь. Очень интересный. Как и дата, поставленная под ним. Если не ошибаюсь, именно в этот день случился перелом в болезни и чудесное твое исцеление?

– Ну и что в нем необычного? Документ, конечно, обгорел, но смысл его легко прослеживается. Согласно указу о престолонаследии деда твоего ты можешь оставить престол даже конюху, если сочтешь его достойным.

– Я – да. Но не Долгоруковы.

– Как это? – Ушаков, как гончая, тут же сделал стойку.

– Рука у нас с Иваном схожая. Я по дурости и младости ему даже позволял некоторые указы подписывать вместо себя. Когда же я был при смерти и обвенчать меня с Катериной не вышло, семейство их пошло на этот подлог.

– А после хотели документ этот сжечь. Но отчего не сожгли?

– Торопились, опять же в смятении были. Словом, уцелела бумага.

– И ты, государь, хочешь, чтобы я этим занялся?

– Больше некому. Чтобы не вызвать подозрений, я вырвался на богомолье, а Ваньку при себе держал, как друга разлюбезного. Теперь и он, и бумага в твоих руках.

– Складно. Да ведь только я теперь лицо частное.

– Намекаешь на то, что Тайная канцелярия больше не существует? Не беда. Сейчас действовать будешь именным указом, как управимся со всем, подумаем над тем, как дальше быть. Но мнится мне, что Тайную канцелярию поспешили упразднить. Без нее государству Российскому не быть. Но и в том виде, что была ранее, ей быть уже нельзя. Есть у меня кое-какие мысли по этому поводу, но о том разговор состоится позже.

– Не дело издавать указы об одном и том же. Сначала упразднить, потом вернуть все на круги своя. Эдак получится, что всякий новый правитель все переиначить может, а от того порядку убыток.

– Потому и говорю, что канцелярия будет иметь иной от прежнего вид. Просто недодумал я еще. И потом, нужно будет вместе дело обговорить, обдумать неспешно, а тогда уж и решение принимать.