Трогать нельзя

Какого хера ты бегаешь теперь, девочка? Раньше надо было! Не после того, как пришла ко мне сама! Хотя, стоп! Ты же тогда и свалила!

Я чуть ли головой не начинаю трясти, просто припомнив, сколько раз она меня дураком выставляла. И за этот год в целом, и за последний месяц конкретно. Завлекала, ластилась, потом сбегала, потом творила хрень, потом опять завлекала, опять ластилась, соблазняла, и снова сбегала, и снова черти чего делала!

Накрывает с головой понимание — со мной, сука, играют. Причем, не особо умело. Но с душой.

Потому что невозможно такие вещи творить просто от чистого сердца! Здесь расчет! На что? На что расчет?

Что я с ума сойду окончательно?

Чего ты добиваешься, сестрёнка?

И, самое стремное, что, даже осознав, что она со мной играет, я не собираюсь ее отпускать. И собираюсь трахать.

То вот как такое может быть?

Ведь все же понимаю! Все осознаю! Почему не посылаю ее нахрен с ее тупыми играми? Почему даже мысль о том, что она может просто улыбаться кому-то другому, отдает безумием? Как такое со мной могло случиться?

Боец, ты с ума сошел?

Эти все мысли вспышками озарения пролетают в голове в одну гребанную секунду, мутят сознание так, что я даже глаза закрываю, пытаясь прийти в себя.

А потом открываю и вижу ее. Все такую же. Наглую, сексуальную дрянь, которая каким-то образом вылупилась из моей невинной младшей сводной сестренки. И понимание, это новое четкое видение ситуации… Нет, ничего не меняет.

Я уже давно оценил ее передвижения и понял их траекторию, а потому просто делаю обманное движение, вынуждая ее дернуться туда, куда мне надо. То есть, в мои лапы прямиком.

— Ах ты! — она дергается, пинает меня по голени, шипит от боли, лупит по плечам, опять шипит от боли, — гад! Пусти! Гад! Рабовладелец! У тебя нет на меня прав! Я хочу выступать! Я хочу петь! Я хочу путешествовать, мир смотреть, с людьми общаться! Ты понял? Ты меня не удержишь! Ты понял? Гад!

Она все это выкрикивает, пока я, заценив расстояние до спальни и ее брыкания бешеные, просто опять не валю ее на тот самый многострадальный диван, на котором она чуть было не потеряла девственность в первый свой приход сюда.

Кидаю не особо аккуратно. Швыряю, можно сказать.

Так, что она задыхается на пару секунд, облизывает губы.

А я…

Оглядываюсь и подхватываю ремень от джинсов с кресла.

Татка тут же замолкает. Смотрит на меня огромными глазами, в которых место ярости медленно занимает испуг. И вызов. Бешеное сочетание. Заводящее.

Она скользит по моей фигуре, останавливает взгляд на пахе. Не удерживает лицо, глаза расширяются на мгновение. Да, коза ты моя, все так. Нифига скрывать не собираюсь.

Краснеет еще сильнее, облизывает губы непроизвольно… Сука, игра? Нет? Как понять?

Потом смотрит на ремень.