Трогать нельзя

Смотрю на нее и думаю, что, наверно, я для нее слишком жесткий. Меры на знаю, держу, кусаю. Трахаю. Хотел же недельку подождать… Нихрена не подождал. Думаю, что надо перестроиться. Надо ей больше нежности. Может, поэтому она взбрыкивает? Женщине нужна ласка.

Докатился ты, Боец. Впервые в жизни задумался о том, что нужно женщине. И что ты, возможно, чего-то недодаешь…

Татка возвращается, замотанная в полотенце, идет в кухонную зону за водой.

Я встаю.

Давай, Боец, день еще не закончился.

А сколько, кстати, времени?

Совсем я, с моей сестренкой, мозги пролюбил…

На часах восемь вечера. Нормально я так рабочий день завершаю…

Радует, что основные моменты уже прояснил.

Надо бы, конечно, звякнуть по ситуации в клуб, а то там, как всегда, стоит выйти за порог, сразу все расслабляются…

Это только кажется, что бизнес наладил, людей нужных, верных посадил, где надо, и все. Можешь на

Мальдивах загорать каждую неделю.

Нихрена.

Верные люди, работающие на тебя — это просто наемные работники, которым доверять можно, но подвоха ждать нужно. Вышколенный персонал становится чуть более расслабленным в твое отсутствие, и выражается потом это в понижении среднего чека и выручки в целом. Короче, я еще с СТОшек усвоил — хочешь нормально раскрутиться и иметь деньги, держи руку на пульсе. А подчиненных — в напряге. Тогда толк будет.

А я тут, со своими, внезапно свалившимися на голову отношениями, совсем что-то расслабился. И, похоже, персонал расслабил…

Поэтому вылавливаю телефон, набираю управляющему. Узнаю сумму за день. Нормально. Во втором клубе не так радужно, но там и упор на другое. Главное, что никто не подрался и не расколотил ничего. А то байкеры — те еще говнюки.

Ладно. На СТО тоже все спокойно, если можно назвать спокойствием тот геноцид старых работников, что, с моей отмашки, устроил Геннадьич. Но вроде все всё поняли, обиженных, конечно, вагон, но разборки никто не устроил.

Геннадьич, кстати, положительно отозвался о Звере, которого прихватил с собой. Один из близнецов, более спокойный и рассудительный Димас, оказался неплохим переговорщиком. И там, где Геннадьич рубил с плеча, Димас додавливал разговорами.

Короче, нормальный тандем.

Пока я занимаюсь делами, Татка успевает сварить кофе. Только себе. Наглючая коза. И теперь сидит и пьет его. И щурит на меня свои лисьи глазки.

Я с удовольствием отмечаю ее покрасневшие щеки и немного влажный блеск зрачков, когда она, не удержавшись, скользит по моей голой груди взглядом.

Спортивные штаны я надел, а вот футболку не стал.

И правильно.

Выгляжу я хорошо, спортом занимаюсь активно, женщины смотрят очень даже оценивающе.

Но мне сейчас интересно мнение только одной женщины. Моей.