Усадьба толстушки Астрид

Я выбрала дом и направилась к нему; едва я преодолела ступени, входная дверь раскрылась, и я увидела знакомого мужчину – рэнда Кэлвина Таггарта. В подчинении барона Даммена несколько рэндов, и некоторые из них весьма зажиточны, но только не Таггарт. Он безземельный, вынужден жить в особняке барона на всем готовом и жены не имеет, хотя ему, по моим прикидкам, где-то под тридцать, а то и за – возраст по меркам Ренса очень даже зрелый.

Черноволосый и кареглазый, невысокий и крепкий, выглядит Таггарт как типичный тулахчанин, и одет не богаче крестьянина, но опрятно. И это, в общем, все, что мне о нем известно.

— Вы оправились? — спросил Таггарт.

— Да.

— Пока вы болели, каэр отправил меня приглядывать за усадьбой.

— Вот почему я не видела вас в особняке в столовой.

— Я счел, что мне лучше пока жить здесь. Вы устали? Замерзли? Приказать подать вам отвара с дороги?

— Нет, не нужно, — продолжая настороженно глядеть на мужчину, ответила я. — Лучше я осмотрю дом и территорию. Когда я была здесь последний раз, многое надо было сделать.

Таггарт кивнул. Сначала мы вместе обошли дом, и я была удивлена, узнав, что заказанная мебель уже прибыла из Кивернесса, и моя спальня, в принципе, готова. Центральное место в ней занимала кровать из сосны с навесом и пологом, рядом прямо на полу стояли один на другом несколько ларчиков от самого большого до самого маленького, а напротив их – красавец-сундук с резьбой. Я планировала поставить его в гостиную, но работники перенесли сюда. У очага расположили также табуреты и низкий столик. Не хватало еще каких-то мелочей для уюта и ткани, но, в целом, спальня хороша, а уж для усадьбы в лесу и вовсе чуть ли не роскошна.

Даже не верится, что она моя…

— Нравится? — спросил Таггарт.

— Еще бы, — выдохнула я.

Но остальные комнаты на втором этаже оставались еще пустыми, да и на первом этаже заполненной оставалась лишь кухня; у очага в этот раз хозяйничала не Фрэн, а другая женщина, Дори. Как пояснил Таггарт, Фрэн он выгнал после того как заметил, что она тащит запасы из кладовки, да и некоторых других работников заменил.

Но это пошло усадьбе на пользу. Куда бы я ни пошла, везде был порядок, работники занимались своим делом, не шумели, не пили, и при этом не сидели со снулыми лицами. Доски в сараях лежали одна к одной, были высушены и починены старые лари в амбаре, вовсю заготавливались инструменты для работ на земле; один мужчина, посвистывая под нос, плел корзины для нужд усадьбы, а рядом с ним сидел, вероятно, его внук, мальчуган лет шести, и тоже что-то плел. Конюшня и хлев были готовы принять «постояльцев», загоны около них укреплены."

"Несомненно, Таггарт очень постарался.