Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Вообрази: ты шпион, тебя послали стащить важные документы, а ты засыпался еще на вокзале, принявшись плевать в портрет Гитлера. Учитесь властвовать собой, вьюноша!

– А ты умеешь собой владеть? Ты выбалтываешь триста слов в минуту! – возмутился Ванька.

– Родной, я болтаю, но не пробалтываюсь! Когда-нибудь ты поймешь разницу! – назидательно сказал внук Ягге."

"– Ягун, ты не забыл, что должен делать? – напомнила Таня.

Ягун моргнул, выбирая этот немой способ, чтобы сказать ей «да», и раздвинул рубашку, показывая Тане зудильник, висевший на цепи у него на шее. Они стояли шагах в пяти от Зербагана, скрытые от него широкой спиной Гуни.

– Все? Готов? – нетерпеливо спросила Таня.

– Не совсем. Дай мне стакан! – глядя в сторону, сказал Ягун.

– Зачем?

– На спрос! А кто спросит – тому в нос!

Таня огляделась. Два молодца из ларца одинаковых с лица, румяные, дюжие, в красных рубахах, разносили напитки. Подозвав одного, она взяла с подноса сок себе и Ягуну.

Сделав вид, что пьет, Ягун быстро сунул в сок палец с перстнем и, включая зудильник, выпустил искру. Это был лучший способ не привлечь внимание Зербагана вспышкой светлой магии. Зербаган, за которым Таня следила краем глаза, ничего не заметил, зато карлик Бобес озабоченно завозился. Хотя он – Таня была в этом уверена – не мог видеть искры.

– Теперь я готов!.. – сказал Ягун и с широкой улыбкой вручил ненужный стакан Демьяну Горьянову. – Пей сок, Демьян, и не булькай! Ведь что говорят врачи? Три пачки витаминов убивают лошадь!

Удивленный Горьянов взял стакан.

– Это ты мне? – спросил он недоверчиво.

– Конечно, Демьяша! Знаешь наш социальный девиз? Все лучшее детям, все худшее – взрослым!

Горьянов понюхал сок и, подозревая подвох, принялся разглядывать его на свет.

– И ты туда не плевал? – спросил он.

– Ты меня оскорбляешь! Разрази менягромус, если я туда плюнул хоть раз! – обиделся Ягун и отошел от Горьянова, жалея, что связался с этим занудой.

Разговор с Горьяновым оказался полезен Ягуну. Увидев кислое лицо Демьяна, с которым любому темному магу заранее было все ясно, карлик перестал смотреть в их сторону, и Ягун получил возможность спокойно снимать.

Убедившись, что Ягун снимает, Таня толкнула Ваньку локтем:

– Ну же! Давай!

– Уже? – спросил Ванька без большого энтузиазма.

– УЖЕ!

Ванька вздохнул. Заметно было, что он не в восторге от того, что ему предстоит сделать. Но все же он открыл сумку и выпустил Тангро. Упругим резиновым мячом дракончик метнулся к одной стене, к другой, переполошив жар-птиц. Сияющие птицы взлетели, как перепуганные куры, осыпав выпускников Тибидохса пылающими перьями. Тангро остался чрезвычайно доволен. Мгновенно изменив свои планы, он принялся гоняться за жар-птицами. Те спасались от него, забиваясь под ноги атлантам.