Жестокая сказка

Заставить забыть обо всем.

Действую на автомате. Не отдаю никакого отчета в происходящем. Повинуюсь глубинному инстинкту. Поглаживаю громадный член. Обхватываю жестче.

Рычание служит наградой.

Разгоряченная плоть твердеет под моими пальцами. Набухает, наливается силой и мощью, раздувается еще сильнее, становится еще более пугающей.

Жилистый ствол. Железный. Ощущение, точно это самый крепкий мускул. Тренированный. Закаленный в бою.

Я склоняюсь, прислоняюсь практически вплотную и провожу по упругой коже языком. Быстро, суетливо, слегка мазнув. Опасаюсь, будто меня вывернет наизнанку от такого тесного контакта. Но тошноты нет. Желудок не скручивают спазмы.

Странно. Меня переполняет необычное чувство. Незнакомое. В груди становится тесно и горячо, впечатление, словно ребра кислотой обдает. Трепет пробегает от живота к ногам, ледяная дрожь струится по бедрам, пальцы стоп судорожно поджимаются.

Это волнение. Тревога. Очередная грань гремучей смеси противоречивых чувств. Дыхание сбивается. Пульс учащен. Тело напряжено. Спина натянута струной.

Ахметов сжимает кулаки. Боже, такими ручищами и правда легко череп проломить. На миг чудится, он хочет врезать мне, ударить, но ничего такого не происходит.

Смелею. Дурею окончательно. Снова дотрагиваюсь до восставшего члена языком, теперь уже уверенно, так, точно мне действительно нравится происходящее, точно постепенно вхожу во вкус, начинаю получать удовольствие от этого грязного извращения."

"Все получается. Играть легко. Отвращения нет. Злоба отступает. Ярость гаснет. Внутри бьется жадное предвкушение грядущего. Разум наполняют картины будущего.

Вот я хватаю пистолет. Вот жму на курок. Вот мой враг подыхает в муках.

Черт, нельзя так. Неправильно. Нельзя никому желать смерти. Никаким людям. Даже самым плохим. Есть закон, есть суд, есть…

Рустам Ахметов не человек. Нет для него ни закона, ни суда. Справедливость об этого подонка зубы ломает. Пусть и возьму грех на душу, это стоит того. Точно стоит.

Очень скоро я совсем перестаю думать. Просто делаю. Повинуюсь природным порывам. Пробуждаю в себе нечто жуткое, темное, окунаюсь в густой сумрак. Наблюдаю за собой со стороны и ужасаюсь. Но не прекращаю. Не прерываюсь.

Чудовищная картина. Гадкая. Мерзкая. Я в униженном положении, на коленях перед этим бешеным уродом. Покорно вылизываю его здоровенный член, распаляю зверскую похоть.

Другого пути не существует. Ничего. Справлюсь. На все соглашусь, только бы потом его в ад отправить. В самое сердце пекла, на седьмой круг.

Ахметов издает животный рык. Громче, страшнее, чем прежде. Меня прошибает пот, холод выкручивает суставы.

Я царапаю раскаленную плоть зубами. Слегка. Чуть прикусываю. Сама не понимаю, зачем делаю так.