Жестокая сказка

Единственный шанс. Других не получить.

Касаюсь его тела более уверенно. Откровенно. Перемещаю ладони ниже, по ребрам, к животу. Снова вверх. Потом следую четко по густой поросли волос, по дорожке, что ведет к самой ужасающей части этого монстра. Застываю. Держу горящий взгляд в капкане своего собственного. Прекращаю всякие движения, даже моргнуть не рискую.

Холод переполняет меня, пронизывает вены зимней стужей. Странное спокойствие парализует изнутри. Решение ослепляет разум, входит в мозг разрядом молнии. После этого я моментально расслабляюсь. Невольно отпускаю себя.

Правда собираюсь сделать это? Правда?! Я сошла с ума. Возможно. Точно. Да. Если честно, не важно. Я пойду на все, только бы уничтожить проклятого ублюдка. Пусть придется унизиться. Пусть придется подыграть ему. Какая разница? Терять нечего. Подонок сдохнет. Надо лишь дотянуться до пистолета, завладеть оружием, которое Ахметов так неосторожно швырнул на тумбу.

Белые простыни украсит кровь. Его кровь. И его мозги. Очень надеюсь, мне удастся пустить пулю прямо в эту наглую рожу. Всадить свинец четко между чертовыми глазами.

Такая победа стоит любых жертв. Вихрь мыслей проносится в голове за считанные секунды.

- Я хочу, чтобы ты стал моим первым мужчиной, - выдаю ровно. – Везде. Поэтому заверши начатое. Возьми меня в рот. Не только поцелуем.

- Взять? – ухмыляется, издевательски продолжает: – Откуда такое словечко? Говори нормально. Хочешь, чтобы я отодрал тебя в глотку? Вогнал член в горло и трахнул? Накачал спермой?

Мой укус на его губе кровоточит, крупная капля срывается вниз, растекается по моему рту. Слизываю. В момент. Прохожусь кончиком языка, собирая кровь своего врага. С упоением наблюдаю, как сгущается тьма в глазах Ахметова.

Такое «да» ему подойдет?

Чувствую, как громадный орган подергивается, отзываясь на мой жест, упирается в низ живота. Сглатываю.

- Резкий у тебя разгон, - холодно бросает Ахметов, перехватывает мои запястья одной рукой, заводит вверх, вбивает в кровать над головой, буквально пригвоздив своей горячей ладонью. – От дрожащей целки до бывалой шалавы."

"Но тебе же нравится. Нравится, сволочь. Тебе такое в кайф. Радуйся, пока можешь. Лови момент торжества. Мало осталось. Скоро взвоешь от боли. Клянусь. Я тебя уничтожу.

- Выкладывай, - повелевает ледяным тоном. – Сколько хренов отсосала? Видишь здоровый болт и течешь? Слюнями захлебываешься?

- Ты знаешь, что я никогда и ни с кем ничего такого не делала, - отвечаю ровно. – Иначе бы не стал целовать.

Молчит. Дышит тяжело и рвано. Гад. Будто намеренно издевается, тянет с решением. Из мертвой хватки не выпускает, но и брать не спешит.

Урод. Взаимности хочет. Серьезно?! Да, черт бы его побрал. Взаимности. От меня. После всего. Проклятый извращенец. На этом и стоило сразу играть.