Самовар с шампанским

Я подпихнула под спину подушку.

– Почему ты до сих пор не ушел домой?

Дегтярев понизил голос:

– Попрощался со всеми, сделал вид, что направился в холл, а сам поспешил к тебе.

– И что ты хочешь от меня? – прикинулась я дурочкой.

Толстяк поставил на тумбочку кружку и тарелку с маффином.

– Переведи текст, а? И расскажи, что узнала про Бритвину.

– Ладно, – кивнула я.

– Согласна? – не поверил своему счастью полковник.

– Конечно, – подтвердила я. – Но в качестве благодарности ты сделаешь меня своей неофициальной помощницей. Хочу участвовать в расследовании.

– Нет, – отрезал приятель.

Я уползла под одеяло:

– Спокойной ночи. Закрой дверь, когда будешь уходить.

– Ты отвратительно себя ведешь! – вскипел Дегтярев.

Я высунулась из-под перинки:

– Сделай одолжение, открой окно, здесь душно.

Александр Михайлович распахнул раму.

– Ну вот! Опять тут стоит садовая лестница. Сто раз говорил: ее надо убирать. Ты спишь с распахнутым окном, еще залезет кто!

– Не люблю, когда жарко, – ответила я.

– Поменяй зимнее одеяло на легкое, – посоветовал Дегтярев, – закрывай окно или вели унести лестницу. Ладно, я согласен на твое условие.

Я вновь приняла сидячее положение:

– Мудрое решение.

– Теперь рассказывай про Людмилу! – велел толстяк.

– Она – Луиза Маковецкая, – напомнила я и передала приятелю все, что рассказала мне Ксения Романовна Берг.

– Нина Федоровна Калинова? – переспросил полковник, когда поток сведений иссяк.

– Да, – кивнула я. – А теперь подумай, отчего Людмила-Луиза как две капли воды похожа на свою «тетю»? И почему больная аэрофобией Бритвина-Маковецкая решилась лететь в Россию на самолете? По какой причине она так страстно мечтала проститься с родственницей? Ответ один: Нина – мать Людмилы.

– Ангелина Валентиновна покончила с собой вскоре после того, как бандиты забрали выкуп, – протянул полковник.

– И как складывались события пять лет назад? – прищурилась я.

– Садись переводить, – велел Дегтярев. – Уже поздно, а надо сегодня отослать письмо.

– Нет, я выложила тебе все, что нарыла. Теперь твоя очередь отвечать на мои вопросы, – закапризничала я.

– Жорж ляжет спать, если ты еще прожвачишься, – возмутился Александр Михайлович, – а мне срочно нужен его ответ.

– Наоборот, Перье как раз встанет, – парировала я, – забыл про разницу во времени? Не отказываюсь переводить твое послание. Раз пообещала – сделаю, но прежде ты введешь меня в курс дела. Сам-то что узнал?

– Ничего! – вскипел толстяк. – Тупик! Стена!

– Не нервничай, – утешила я его, – любую преграду можно обойти, перепрыгнуть или разрушить. Напомни обстоятельства гибели Ангелины Валентиновны.

Дегтярев поджал губы и сел на мою кровать.

– Забыла детали, – призналась я, – помню только в общих чертах.