Самовар с шампанским

Я и решил: какие его годы, еще обтешется, отчитал парня по полной программе и забыл о совершенной им бестактности. Зря я так поступил, надо было его тогда от работы отстранить. Но мне не хотелось портить отношения с Алексеем Рощиным, моим коллегой из соседнего отдела. Это он Василия рекомендовал, когда узнал, что у нас ставка освободилась. Расхвалил парня: честный, работящий, не один год «на земле» в отделении отпахал. Ох, нехорошо получилось! События разыгрывались так. У Василия не было семьи, он частенько на службе задерживался. Ангелина, мать Луизы, слегка оклемавшись, позвонила моим ребятам вечером. Трубку снял Кожин, он тогда один в комнате был. Маковецкая хотела поговорить со мной, Вася ответил, что меня нет, и поинтересовался, зачем ей Дегтярев. Ангелина ответила:

– Я лежала в клинике, полковник просил связаться с ним, когда я выпишусь. Мне вроде легче стало. Скажите, когда найдут Луизу?

Василий выдал речь:

– По данным статистики, в первые три часа после похищения погибает тридцать процентов пропавших, спустя сутки цифра увеличивается до восьмидесяти. Если же прошло три дня, пиши пропало, а у вас куча времени потеряна. И мы не ищем Луизу, ее же застрелили! Ведем поиск преступников. Если поймаем, они могут показать, где зарыли тело. Вы же захотите дочь по-человечески похоронить, а то ее небось как падаль в яму кинули…

Договорить он не успел, Ангелина разрыдалась, бросила трубку. На следующий день в отдел примчался с криком Сергей Петрович:

– Моя жена покончила с собой, поговорив с вашим сотрудником. Она в одиннадцать вечера сбросилась с небоскреба. Я этого так не оставлю!

И началось! Все служебные разговоры записываются, я прослушал беседу Кожина с Маковецкой и хотел отдубасить парня. Вызвал его к себе, чуть не убил, потом остыл слегка, спросил:

– Ты совсем дурак? Что ты бедной матери наговорил?

Вася начал глупо оправдываться, дескать, она его недослушала, он успел лишь начать речь, дальше хотел ее поддержать, утешить… Я его выставил из кабинета, а потом уволил. Странно, что ты это забыла, скандал вышел бурный. О том, что мой сотрудник причастен к самоубийству Ангелины Маковецкой, прослышала «Желтуха», целую неделю она тявкала про ужасные методы полиции, мне от генерала на орехи досталось, да не на мелкие, кедровые, а на кокосовые.

– Действительно, вылетела из памяти эта история, – удивилась я. – Про суицид Ангелины я помню, даже то, что она бросилась вниз с недостроенной многоэтажной башни в новом, отдаленном районе. Странно, почему она так далеко уехала от своего дома? Тебя это тогда не насторожило?"

"– Я не занимался ее суицидом, – пояснил Дегтярев, – нас всех отстранили от дела после публикаций в таблоиде.

– А кто во всем разбирался? – задала я вопрос.