Ревность волхвов

Леся заметно приободрилась, а я решительно поддержал друзей:

— Да! Надоело уже на горки залазить своими ножками! Пусть нас подъемники покатают!

А Светка схватила Лесю за плечо и что-то горячо зашептала ей в ухо — из ее монолога я услышал лишь пару обрывков фраз: «…вполне нормальный прикид…» и «…другие еще в сто раз хуже катаются…». Саня довольно ухмылялся — причем с таким видом, что я заподозрил, а не он ли придумал, как затащить нас назад на гору?

И Леся сдалась. Сказала: «Едем».

Мы надели горнолыжные ботинки и взяли доски. Свою маску и «балаклаву» я отдал Лесе, у которой никаких горных аксессуаров не имелось.

Пока мы поднимались с ней на кресельном подъемнике, плечом к плечу, я нашептал ей, в речи, полной эвфемизмов, как слышал вчера отголоски бурного секса между колченогим Вадимом и его женой. Рассказал неспроста: было интересно, как девушка прореагирует на столь откровенное повествование. Леся лишь слегка покраснела — а может, это морозный ветер разрумянил ее щеки? — и в ответ, совершенно для меня неожиданно, с улыбочкой сказала:

— А я тоже вчера слышала, как Петр Горелов домогался своей Жени. Но ничего не получил, в отличие от Вадима, — она стрельнула в меня лукавой улыбочкой и тихо добавила: — И тебя. — А потом, не давая мне осмыслить свою последнюю реплику, немедленно закруглила разговор: — Паршивая звукоизоляция в этих коттеджах!

Тут я подумал, что раз Леся свободно говорит о сексе, то, возможно, она совсем не такая уж недотрога, как кажется на первый взгляд. И у меня, если разобраться, не столь плохие шансы.

Теперь, задним числом, я начинаю думать: а почему, собственно, следует искать убийцу только среди нас, одиннадцати оставшихся? Ведь кто угодно мог, подобно нам, приехать сюда на машине, арендовать коттедж или поселиться в гостинице, а потом совершить свое черное дело. Самое неприятное, что сейчас этот тип уже мчит на юг, к российской границе! И каким образом преступника теперь можно вычислить?

Впрочем, я забегаю вперед. Мысли мои невольно сбиваются к происшедшей трагедии… Но утром и днем, раз за разом спускаясь на доске к подножию горы и вздымаясь вверх на подъемнике, я ни о чем подобном не думал. И никакие предчувствия меня не мучили.

Мы наслаждались катанием. Гора здесь имелась всего одна, и невысокая, однако трасс и подъемников действовало предостаточно, и постепенно наша компания рассредоточилась. Однако я практически все время находился рядом с Лесей: ненавязчиво подсказывал, помогал. Сначала держались поблизости от нас и Светка с Сашкой. Светлана тоже по мере сил страховала и подучивала свою подружку. И даже Настя Сухарова, несмотря на изрядную разницу в возрасте и социальном положении, проявила удивительную любезность и помогала Лесе.