Дымная река

Вот так новость! Последние десять лет, если не больше, Уильям Джардин был самым влиятельным человеком в Городе чужаков. Его фирма «Джардин, Мэтисон и компания», одна из крупнейших фигур в местной торговле, всеми силами старалась увеличить китайский опийный рынок. В Индии он имел обширные связи, многие перед ним преклонялись; в бомбейских деловых кругах Бахрам был из тех немногих, кого Джардин не сумел подмять под себя, однако доставил много неприятностей, сдружившись с конкурентами-парсами. И потому весть об отъезде Джардина была настолько желанной, что в нее просто не верилось.

— Верно ли, Задиг-бей? С какой стати ему отбывать в Англию? Он годами не ездил на родину.

— Отныне выбор не за ним. Китайские власти прознали, что его компания, пытаясь отыскать лазейки, направила корабли с опием в северные порты. Прошел слух, будто Джардина выдворят из страны. И он предпочел уехать по собственной воле.

— Без него Палата сильно изменится, — произнес Бахрам.

— Да уж. — Задиг улыбнулся. — Думаю, ты обзаведешься множеством новых друзей. Не удивлюсь, если сам мистер Дент захочет с тобой сблизиться.

— Дент? Ланселот Дент?

— А какой еще?"

"Речь шла о младшем брате Томаса Дента, основавшего в Кантоне самый крупный торговый дом «Дент и компания». Бахрам хорошо знал шотландца Тома, человека старой закваски — хозяйственного, благопристойного, неприхотливого; они прекрасно ладили и одно время были партнерами, успешно соперничая с мощным объединением Джардина-Мэтисона. Но лет девять-десять назад Тома стало подводить здоровье, и он вернулся в Британию, оставив дело в руках младшего брата, своей полной противоположности. Ланселот Дент, бойкий на язык и откровенно тщеславный, злобился на конкурентов и презирал тех, кого считал менее себя одаренными. У него было мало друзей и легион врагов, но даже злейшие из них не могли отрицать, что он — блестящий и дальновидный предприниматель. Все признавали, что под его руководством «Дент и компания» в доходах превзошла «Джардин-Мэтисон». Несмотря на коммерческий успех, он не пользовался авторитетом в Городе чужаков, ибо, в отличие от Джардина, честолюбивого, но обаятельного, Ланселот в отношениях с людьми был неуклюж и резок. Разумеется, он не прилагал усилий, чтоб подружиться с Бахрамом, а тот, в свою очередь, держался от него подальше, поскольку у него сложилось впечатление, что сей молодой человек считает его чудаковатым стариком с отжившими свой век понятиями.

— После отъезда его брата мы с Ланселотом не перебросились и парой слов, — сказал Бахрам.

— Но тогда ты еще не был членом Совета, верно? — рассмеялся Задиг. — Погоди, сам все увидишь. Скоро он начнет тебя обхаживать. И не он один.