Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945

С «Молкерая» пришли четыре гостя, и среди них – Альберт. Из приглашенных были Степан, «бабця», «орлы», а также Нина, Ольга и полька Марьяна.

Я слушала эти подробности с тяжелым чувством. Досада на наших, увы, недалеких людей, тоска от грязи их мыслей переполнили душу. Хотелось одиночества, и я наконец-то осуществила гнетущее меня со вчерашнего вечера желание – ушла из дома и долго бродила взад-вперед по дороге к лесу во тьме холодного осеннего вечера.

А вчера, в понедельник, рано утром – еще до работы – прибежал тот же Толька, принес подарок от Джона – несколько кусков от разных тортов, аккуратно уложенных в устланную белоснежными бумажными салфеточками коробку. Действительно, торты были замечательными. Кулинарное искусство англичан пришлось по вкусу всем – даже маме с Лешкой.

24 ноября

Пятница

Замечательные новости, поднявшие настроение сразу на сто градусов! На Северном фронте наши войска одержали большую победу: за месяц упорных боев ими очищено от фашистов все Заполярье. По радио передали – в сражениях в основном участвовали Северный флот и морская пехота, а ведь где-то там служит Ваня… Как я надеюсь, что ты останешься живым и невредимым, мой брат, как молю Бога об этом! Поздравляю тебя, наш милый моряк, из своего рабского далека-далека пока заочно с вашей общей, славной победой и верю, не перестаю верить, что настанет наконец час, когда смогу сделать это лично."

"Очень сжато передали также, что в Венгрии советские войска продолжают упорное наступление на Будапештском направлении. И третья новость – СССР, США и Англия признали нынешнее, послеокуппационное правительство Франции, так что, надо полагать, теперь и французы стали нашими полноправными союзниками. (Что-то уже давно никто из нас не встречал Роже – интересно, знает ли он об этом?) Вот пока и все. Хотелось бы, конечно, услышать большее – ведь порой кажется, что уже нет сил ждать и что терпение вконец истощилось.

Все последние дни занимаемся сбором камней с полей. И откуда только они – эти разнокалиберные булыжники – берутся? Ведь уже на протяжении трех лет мы собираем, собираем и собираем их, а они, словно бы нарочно, выскакивают и выскакивают из земли. От тяжелых носилок ноют, не дают спать по ночам плечи и руки. А тут еще у Нинки зуб разболелся – тоже не давала спать, криком кричала почти без перерыва двое суток. Сегодня Шмидт внял наконец Симиным слезам, снарядил Клару отвезти Нину к зубному врачу в Мариенвердер. Вернулась она оттуда с дыркой вместо зуба, с распухшей, как лепеха, щекой и с оплывшим глазом, но зато тихая и умиротворенная. Сразу свалилась в постель и заснула таким мертвецким сном, что Сима не смогла даже добудиться ее к ужину.