Индийский поход. Хорунжий

Придется отдельным колоннам заходить глубже в пустыню и использовать те немногие колодцы, кои удастся там обнаружить. Мало разделить основную часть корпуса на эшелоны — каждому предстоит вытянуться в тонкую нитку и двигаться в таком уязвимом порядке.

— Ну что, господа полковники, жребий бросим, кому в ад, а кому через его приемную? — тяжело вздохнул похожий на черта Белый.

— И что получится? Тем, кому выпадет адово пекло, самим воду искать? — резонно уточнил Дюжа.

Вот тут и пришел мой черед хвалиться. Я вытащил кроки с двухверстной съемкой, которые мы с Волковым уже успели замусолить.

— На этой карте, господа, вы найдете все источники, кои мы смогли обнаружить, углубясь до пятидесяти верст от Арала в пустыню. Со всеми ориентирами!

Военачальники склонились над картой.

— До Урги, за которой нас ждет обилие воды, почитай все триста верст, а съемку вы провели на сто двадцать, — резонно заметил Дюжа.

Я пожал плечами:

— Продвинемся дальше и, опираясь на передовой отряд, продолжим разведку.

— Молодец, планщик! — похвалил меня Платов. — Бог не выдаст, свинья не съест. Прорвемся. Давай, Дюжа, теперь ты. Доложи нам, что нас ждет от хивинцев.

Полковник встал, одернул мундир и принялся негромко рассказывать:

— По показаниям важного пленного, тысячника султана Букея, хивинское войско представляет собой такую картину…

(1) 45–50° по Реомюру — это 56.25 — 62.5 Цельсия. Именно с такой температурой в 1873 г. столкнулся во второй половине апреля Оренбургский отряд, когда двигался по плато Усть-Юрт на Хиву.

Глава 10

Плато Усть-Юрт только кажется безжизненным, мертвым — скелеты верблюдов и лошадей, редкие человеческие черепа, киргизские могилы, отделанные плиткой. Но если приглядеться, можно обнаружить жизнь. Правда, населяющие пустыню твари вызывали лишь ужас и отвращение. Полчища скорпионов под любым камнем, многоножки, змеи, тарантулы с детенышами на спине — все спешили убраться с нашего пути.

В поисках воды мы глубоко уклонились на запад, чтобы добраться к колодцам Бейте. Воды не обнаружили, зато нашли нечто удивительное — разбросанные в беспорядке разбитые каменные изваяния воинов-мужчин. Одни достигали четырех метров, но больше было средних, вернее, их фрагментов — головы, торсы с узкой талией и широкими плечами, мечи и кинжалы, грубо вытесанные в известняковых плитах. Кого они изображали? Кем были создатели этих скульптур? Из какого века? Бесплодная пустыня столетиями хранила их тайну. Давным-давно разграбленный курган около поверженных монументов не давал подсказки, Есентимир только пожимал плечами в ответ на мои вопросы. Как-то не верилось, что здесь, в этой страшной пустыни с ее безумными перепадами температуры, когда-то кипела жизнь, текли реки, цвели сады и шелестели листвой деревья.