Пиранья

Лаврик рявкнул что-то по-французски, а следом что-то не менее неприветливое рявкнул Бернадотт. Оставшийся не у дел солдат прекрасно понял выразительный жест Мазура — и повернулся лицом к прикрывавшему вход пологу, бдительно прислушиваясь. Полный порядок, самая рабочая обстановка, аж на душе умилительно…

Мазур обернулся к блондинке. Она уже пришла в себя настолько, что плотно сдвинула ноги и прикрыла руками прелести четвертого номера, все еще таращась с таким страхом, словно пыталась сообразить, что Мазур с ней сделает: изнасилует и зарежет, или в обратном порядке.

Усмехнувшись — и решив соблюсти приличия — Мазур бросил ей покрывало, которым она немедленно и накрылась до подбородка. В углу послышалось очередное рявканье в два голоса, раздался звук хорошей оплеухи, вождь наконец промямлил что-то, судя по голосу, отнюдь не пытаясь соблюдать царственное величие. Кажется, разговор там налаживается, удовлетворенно отметил Мазур, присмотрелся к блондинке — ну что, смазливенькая — и медленно, с расстановкой спросил:

— Твоя понимать английский?

Она несколько раз открыла-закрыла рот, словно оказавшаяся на берегу рыбка, потом пролепетала:

— Конечно… Я… Я англичанка…

— Прекрасно, — сказал Мазур. — Просто прекрасно…

— Кто вы такой? — спросила она настороженно.

— Может, вы еще и по-французски говорите и читаете?"

"Она легонько кивнула. Интеллигентная девушка, одобрительно подумал Мазур, вот только моральный облик у нее определенно подкачал, да и со вкусом обстоит не лучшим образом — выбрала же себе любовничка… Хотя кто их, женщин, разберет, учитывая некоторые несомненные достоинства вождя, только что виденные…

— Полковник Иванов, тайная полиция, — сказал Мазур, достал полученное в свое время от Мтанги удостоверение, благоразумно сохраненное, поднес к ее лицу. — Вот здесь все написано. Заверено подписями и печатями, есть фотография…

Она прочитала быстро — а что там было читать, пара строчек.

— Есть сомнения в подлинности? — вежливо спросил Мазур.

— Н-нет… — покачала она головой.

Что интересно, ее смазливое личико оставалось столь же испуганным, ровнехонько в прежнем градусе, хотя, по логике, ей следовало бы успокоиться, коли уж не сомневается, что имеет дело с представителем солидного государственного учреждения, а не каким-нибудь бандюганом. Хотя, с другой стороны… Репутация полковника Мтанги и его конторы общеизвестна, порой и крепкие мужики холодным потом покрываются, узрев этакое вот удостоверение…

— Почему у вас русская фамилия? — спросила она не без удивления.

Интеллигентная девушка, снова подумал Мазур. И преспокойно сказал:

— Мой дедушка был эмигрант из России. Бежал в свое время от большевиков, да и прижился здесь, знаете ли… Полковник Сирил Иванов.