Пиранья

 — Вы столько перенесли, вам нужен покой…

Обычные женские мелочи: пудреница, губная помада, прочие косметические причиндалы… Приличная пачечка здешних денег, перехваченная резинкой, пачка сигарет, зажигалка, упаковка освежающих рот пастилок… И удостоверение, закатанный в пластик картонный прямоугольник.

Все честь по чести: фотография, подпись, печать. Действительно, Кейт Молтиз. Действительно, корреспондентка — газеты «Кириату геральд». Вся штука в том, что это нездешняя газета. Кириату — столица соседнего государства, куда Мазур однажды наведывался за Мукузели. Ну да, «Министерство по делам печати»… той самой сопредельной державы.

Обернулся, поигрывая удостоверением. Как писали в старинных романах, она смотрела на него с немым ужасом в глазах. Тут-то Мазура наконец и осенило. Было только одно объяснение тому, что ее до сих пор корежит от страха…"

"— Я не эксперт, — сказал он. — Поэтому будем пока считать, что ваш документ настоящий — презумпция невиновности, как же… А вот где у вас паспорт с надлежащим образом оформленной въездной визой? Если в хижине, которую отвели вам с вашим Патриком, давайте быстренько туда сходим, и вы мне его покажете. Меж нашими странами визовый режим, уж столичная-то журналистка должна знать… Ну, где паспорт с визой? Молчите и таращитесь на меня трагическим взглядом умирающей газели… У вас ведь нет визы, ага? Наверняка и у Патрика тоже. Как вы сюда попали?

— Ну, мы приехали…

Мазур засмеялся без малейшего наигрыша:

— Как мило и непосредственно… Вы взяли да и приехали. По нашим законам нелегальный переход границы — уголовно наказуемое деяние. По вашим, кстати, тоже, я точно знаю (еще бы ему не знать, если не так давно он этот ихний закон самолично нарушал самым циничным образом). Похоже, придется вас допросить по-настоящему. И в нормальной обстановке, сейчас, когда вы лежите вот так, она какая-то водевильная…

Он отвлекся на шум у входа — часовой вдруг проворно выскочил наружу, послышался глухой удар, и солдат тут же вернулся, волоча за руку бесчувственного привратника и держа под мышкой его винтовку.

— Очухался, мон колонель, — доложил он, перехватив взгляд Мазура. — Мог поднять шум…

— Киньте его в уголок и присматривайте одним глазком, — кивнул Мазур. — Начнет оживать, еще добавьте… — повернулся к девушке. — Итак, мисс…

Собрал в охапку ее одежонку, бросил рядом с ней и ловко сдернул покрывало, прежде чем она успела в него вцепиться. Прикрикнул сурово:

— Одевайся, быстро! Иначе пойдут оплеухи…

Пугливо косясь на него, отворачиваясь, она стала одеваться. Времени это заняло немного.