Пиранья

Как ни удивительно, но всех, бегом кинувшихся к хижинам, далеко опережал несущийся быстрее лани генерал Рогов, без фуражки, с автоматом наперевес, что при его комплекции и сидячем образе жизни было подвигом незаурядным.

Оказавшись возле Морского Змея с Мазуром, тяжело переводя дыхание, фыркая и отдуваясь, Рогов кое-как выговорил:

— Все в порядке?

— Так точно, товарищ генерал-майор, — уставным тоном отрапортовал Морской Змей. — Все целы и невредимы.

— Благодарю за службу… — пропыхтел генерал.

— Служу Советскому Союзу! — рявкнул Морской Змей.

Он едва заметно, страдальчески морщился: Рогов, себя не помня от переполнявших его радостных эмоций, размахивал автоматом, как лейкой, так что постоянно кто-нибудь оказывался на прицеле — а палец-то на спусковом крючке…

— Казарин! — торопливо приказал Морской Змей. — Отведи товарища генерала к товарищам из ЦК и Совмина, пусть убедится…

— Есть! — браво отрапортовал Пеший-Леший, плавным движением уходя от нацелившегося ему прямо в пузо автоматного дула. — Пойдемте, товарищ генерал. Автомат можете убрать, всякое сопротивление подавлено…

И повел Рогова к той хижине, где, судя по совершеннейшей тишине, так и пребывали в алкогольной нирване ответственные товарищи. Морской Змей недовольно уставился на остановившегося поблизости с автоматом за плечом подполковника Игошина: — Ну это уж вы недодумали…

— Да ладно, — ухмыльнулся тот. — Не ссы, флотский. Что я, с елки грохнулся боевой ему выдавать? Учебный, засверленный. Очень уж настаивал, генерал как-никак, пришлось уважить… Ух ты!

Это он увидел доктора Лымаря, шагавшего к ним с германским пулеметом на плече — не утерпел-таки эскулап, свинтил с треноги беззастенчиво…

— Ихтиандр! — воскликнул Игошин с тем же мальчишески-восторженным выражением на лице, что и у доктора. — Меняю на что хочешь!

— Самим мало, — гордо ответствовал Лымарь, посильнее вцепившись в дырчатый кожух ствола.

— Не переживай, подполковник, — хмыкнул Морской Змей. — Мы тут взяли кучу «шмайсеров» и пару «вальтеров», поделимся… Ген! — окликнул он Лымаря. — Что дите малое… А магазин кончится? И ствол перегреется?

— Недооцениваете, товарищ командир, немецкой скрупулезности, — весело откликнулся Лымарь. — Чтобы они заложили на консервацию трещотку без запаса причиндалов? Страшила уже пошарил по хатам — как я и думал, магазинов с дюжину, и запасных стволиков солидная упаковка… Орднунг, натюрлих…"

"— Ну, тогда другое дело, — серьезно сказал Морской Змей. — Тогда грузите в вертушку, в хозяйстве пригодится. Только поглядывай…

— У меня хрен сопрут, — сказал Лымарь уверенно.