Реквием по любви. Грехи отцов

Всякий раз, когда невзначай перехватывала на себе цепкий взгляд Матвея. Или же не менее сосредоточенный – Данилы. В такие моменты реальность ложилась на ее плечи непосильным грузом.

Ее свобода – всего лишь жалкая иллюзия! Самообман.

— Можешь праздновать победу, Соколовская. Затянула в свои сети нашего холостяка!

Голос Сони вырвал Лизу из собственных не особо радужных мыслей, заставляя вернуться на грешную землю. Все трое плескались в воде недалеко от берега, желая немного освежиться.

— Правда так думаешь? — встрепенулась Вика, с надеждой и восторгом поглядывая на них. Не выдержав, хмыкнула и Лиза.

— Мы даже поспорили, — решила признаться. — До последнего не верили, что Дрю представит тебя как свою девушку. И расцелует у всех на глазах."

"— Да… это он так, — Соколовская прикусила губу. Словно поверить собственному счастью боялась. Или смущалась. — Просто…

— Ага! — поддержала Алмазова. — И в верности публично поклялся тоже просто?

— Ну, знаешь! Сказать – рыдайте, сучки, отныне увидеть, как мои шикарные панталончики падают с меня на пол, сможет только Фунтик – еще не клятва верности!

Лиза расхохоталась, пытаясь донести до девушки истину:

— Вообще-то, именно она! Такой уж он у нас. Самобытный.

Внезапно к кромке воды подошел высокий статный мужчина с полотенцем в руках. Спустя несколько секунд девушки признали в нем Алексея Гордеева.

— Что он здесь делает? — Лиза тихонько шепнула Соне на ухо, припоминая утренний разговор с другом по дороге на турбазу. Про безразличие единственного родственника. — Едва ли Андрей ему обрадуется, после того как Алексей не поздравил его сегодня.

— Видимо, на то были причины, — задумчиво вернула подруга — Дадим ему шанс все объяснить.

— Соня, на выход! — строго объявил Алексей, раскрывая для Алмазовой большое махровое полотенце. — Вода уже прохладная. Застудишься!

Ничего не объясняя и без лишних слов, та поплыла к берегу. Оказавшись на суше, послушно прильнула к своему мужчине, жарко целуя его прямо в губы. Мгновение, и он крепко стиснул Соню в своих руках, перехватывая инициативу. Кто-то из них гортанно застонал, заставляя окружающих чувствовать себя лишними. С трудом прервавшись, Гордеев принялся насухо вытирать ее тело. И вроде движения обычные, всем известные… да только каждое пронизано невероятной нежностью, заботой. Едва сдерживаемой страстью.

Лиза невольно улыбнулась, подметив столь интересную деталь. Она очень радовалась за свою девочку. Однако подобную радость разделяли не все! Кое-кто пребывал в недоумении и даже в шоке от увиденной картины. Теперь и Матвей, и Даня прекрасно понимали, кто тот самый смертник – потенциальный зять Ювелира. И, судя по изумленным лицам, такого кандидата они никак не ожидали.