Реквием по любви. Грехи отцов

— Не помню, чтобы приглашал тебя! — пьяной, слегка пошатывающейся походкой Андрей отделился от беснующейся толпы и угрожающе двинулся в сторону старшего брата. — И хватит прилюдно тискать Белоснежку! Ты не у себя в спальне!

Тревожно переглянувшись, Лиза и Вика поспешили выбраться на берег. Лиза поежилась от легкого порыва ветра, но в данный момент в воздухе витало такое напряжение, что мысль о полотенце пришлось засунуть куда подальше. Соколовская же предусмотрительно поспешила повиснуть на своем парне.

— А-н-д-р-ю-ш-а! — начала канючить она, дабы отвлечь его. И избежать конфликта. — Ну, чего ты так злишься?

— Помолчи, Фунтик! — прилетело ей в ответ. — И никогда не вмешивайся в мужской разговор.

Зло. И очень взросло.

Алексей долго разглядывал младшего брата. Внимательно.

Улыбаясь. С невероятной гордостью.

— Грозный какой, — выдал наконец. — Совсем вырос…

— Что тебе здесь нужно?

— Ясно же как божий день – поздравить брата.

— Не поздновато ли ты вспомнил про… брата?

— Отчего же, — невозмутимо, уверенно. — Как раз вовремя, чтобы поздравить первым.

— Знаешь, это уже…

— Никогда тебе ранее не рассказывал, — перебил бесцеремонно. — Не знаю почему. Считал мелочью. Ерундой. Но это важно. Ровно двадцать лет назад мы с отцом ждали твоего появления в приемном покое родильного отделения. Мама беременность переносила очень тяжело, и мы сильно волновались. В общем, уснули с ним в коридоре на какой-то скамейке. Проснулся я от того, что врач трясет меня за плечо и радостным голосом сообщает – поздравляю, у вас сын! Клянусь, я от шока дара речи лишился! Я, так-то, сестру ждал. А мне какого-то сына подсунуть пытаются! И это на десятом году жизни. Лишь спустя много лет пришел к выводу – накаркала старуха. Пророческими слова ее оказались. Это я к чему? Ты родился без пятнадцати двенадцать, суровый паренек. То есть в это самое время. С чем тебя и поздравляю!

Лиза от речи Гордеева даже прослезилась, шмыгнув носом. И непременно разревелась бы от чувственности момента, если бы в следующую секунду не замерла от восторга.

Зеркальная гладь озера озарилась всеми цветами радуги – залпы фейерверков взрывались в честь именинника. А к берегу стремительно приближалась красивая новенькая яхта.

Андрей замер, точно завороженный любуясь глянцевой сине-белой красоткой. И дышать-то перестал.

— Это… это ты мне? Моя… будет?

— Твоя.

— Но ты говорил – получи сперва диплом.

— Я передумал.

— Мальчики, — Соня вывернулась из объятий Алексея. — Мы, пожалуй, пойдем. А вам… давно пора хорошенько побеседовать друг с другом.

* * *Стоило Гордеевым отойти на приличное расстояние, прогуливаясь вдоль берега, как на Лизу навалилась страшная усталость. Слишком внезапно. Она еле равновесие удержала.