Реквием по любви. Грехи отцов

Так же, как я приняла тот факт, что мой отец – волк в овечьей шкуре!

— Нашла что сравнивать! Я по сей день даже имени твоего смертника не знаю!

— Ой, все ты знаешь!

Пауза. Долгая.

— Повтори!

— Петр Петрович, — не выдержав, Лиза все же вмешалась. — Может, стоит обсудить этот вопрос позже? Наедине, например?

— Действительно, — подхватил Гордеев. — А сейчас мы торопимся. Очень! Кстати, Лиза? Ты решила, наконец, кто из твоих, кхм… благородными рыцарями их условно назовем, отправится с нами?

Девушка потупила взор, принимая неизбежность.

— Нет, но… видимо, оба.

— Не-не-не! — Андрей отстранился. — Места нет. У меня же там Фунтик сидит. Куда я ее дену? В багажник – не вариант. Он забит продуктами и выпивкой. Одного выбирай!

— Фунтик? Это еще кто?

— Вика!

— Давайте я выберу? — оживилась Соня, ткнув пальцем в незнакомого Лизе высокого мужчину. — Пусть этот едет!

— Почему он? — изумилась девушка.

— Ну… самый стройный. Подтянутый. Места много не займет!

— Не смешно! — остепенил Андрей. — Лизку другие люди охраняют.

— И зачем нам в несчастной, разваливающейся «Приоре» целая груда мышц?

Лизавета прикусила губу, лихорадочно пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. В итоге ничего кроме правды не придумала:

— Значит, Дрю пересядет назад и возьмет Вику на руки. Но Верещагины поедут. Оба! Таковы уж условия моего дяди.

Глава 21

Вечеринка выдалась на славу. Да и размаху события можно было позавидовать. Андрей решил пригласить на свой юбилей всех одногруппников и даже некоторых одноклассников, с которыми умудрился не потерять связь по завершении школьной поры. Место празднования столь знаменательного события также выбрали неслучайно. Очень уж Гордеев любил воду. Буквально грезил бескрайними морскими просторами. Потому-то турбаза для кемпинга на берегу крупного озера стала отличным решением.

Громкая музыка. Ароматные шашлыки. Смех, веселье и алкоголь, льющийся рекой. Чем не рай для молодежи?

Соня не пила в силу своего интересного положения, Лизе же крыть было нечем. Пришлось поддаться уговорам и упрекам друга, приговорив за его здоровье целых три коктейля. Между прочим, довольно крепких для непьющего человека. На большее она не решилась, всячески отнекиваясь. Перед глазами уже плыло, а по венам разливалось приятное тепло, превращая ноги в желеобразную субстанцию. Все, что тревожило ранее и настойчивым червячком вгрызалось в сердце, сейчас распадалось на мельчайшие атомы. Превращалось в пыль. Испарялось, наполняя душу леденящим спокойствием. Пустотой.

Она смеялась, пытаясь всячески ее заполнить. Звонко. Задорно. Наслаждаясь временной передышкой, вместе с гостями плескалась в озере и отплясывала под заводные музыкальные треки у костра. Лишь иногда улыбка сползала с ее лица.