Реквием по любви. Грехи отцов

Испытывая какое-то изощренное удовольствие от того, как ошеломленно расширились крысиные глазки ее противника, Лиза гордо расправила плечи, демонстрируя себя ему… во всей красе и с огромнейшим состоянием на шее.

Тишину пространства тут же пронзил дикий гогот Похомова.

— Шах и мат, жена! — хрипло, восторженно. — Шах и мат!

По толпе прошелся изумленный шепоток. Все бурно обсуждали что-то между собой. Лиза же, стянув с волос резинку, переделала хвост в высокий пучок. Почему-то ей казалось, что так наследие ее отца будет лучше видно.

Как раз в этот момент у одного из охранников дяди Бори затрещала рация.

И все отчетливо услышали:

— Прием! Прием! Главному передай: при патрулировании периметра обнаружено кое-что странное. Колонну из фур вижу. Номера нашего региона. На местности ориентируются отлично. Кружат совсем рядом. Для чего – неясно. Но такое ощущение, что все основные пути отступления блокируют. Будут какие-то указания на этот счет? Прошерстить их?

С трудом сдерживая ликование, Лиза рискнула ответить за Прокурора:

— Нет! Это наши ребята. Не приближайтесь к ним. Крайне опасный груз. И у них тоже есть особые инструкции на случай непредвиденных обстоятельств!

Удача наконец-то улыбнулась им. Да. Судя по вытянувшимся лицам людей и напряжению, сгущающемуся в воздухе, стало ясно – их с Макаром блеф удался. Никто не станет рисковать, чтобы причинить им вред. Они полностью обезопасили себя. И люди готовы их слушать. Собравшись с мыслями, Лиза в который раз окинула взглядом толпу и спокойно заявила:

— А вот теперь мы… поговорим!

Глава 69

Не дождавшись ни согласия присутствующих на «задушевную беседу», ни их возражений, Лиза решительно шагнула вперед и с откровенным вызовом уставилась на Гарика. С холодной свирепостью разглядывая настоящего монстра в человеческом обличии, она скривилась от искреннего отвращения.

— Я прекрасно понимаю, что никому из вас не хочется слушать жалкий лепет «безмозглой пигалицы», — громко, но максимально сдержанно обратилась ко всем сразу. — К счастью, у вас нет выбора. Вам придется. Придется выслушать все, что я скажу! Дядя, ты ведь позволишь мне высказаться?

Прокурор, явно пребывая в шоке, не проронил ни звука.

Лишь сурово сдвинул брови и кивнул, разрешая ей поступать как только заблагорассудится. Отлично. Большего ей не требовалось. Собрав в кулак все свое мужество, Лиза обратилась непосредственно к Пескарю:"

"— Несколько дней назад… по твоему личному приказу… на меня и моих близких… напали твои люди. Сперва они навредили Алексею Гордееву – старшему сыну Хирурга. Его накачали какой-то дрянью и, пока он находился в бессознательном состоянии, толпой избили до полусмерти. Потом они закинули его в багажник его же автомобиля и… направились за мной.