Ночь со зверем

А он постоянно оглядывался в поисках мамы, снова прятался на шее, но не находил покоя, бросаясь высматривать ее. Я поднял его и направился к дому.

Айвори стояла у крыльца с Сезаром. Дрожала так же, как и Рон в моих руках. Лицо красное от слез, нос распух, и такая несчастная, что вся злость схлынула, если вообще была. Сезар улыбнулся:

— Как видишь, — я уткнулся в холку медвежонка, вдыхая его запах.

— В пакете мазь для раны, — кивнул он на бумажный сверток в руках Айвори. — Я поеду.

Я уже не слушал и даже не заметил, как он тихо исчез. Наши с Айвори взгляды встретились, и она зажмурилась. Слезы новым потоком обрушились из ее глаз, и я шагнул к ней, притягивая ее к себе одной рукой:

— Успокойся… Ты хорошая мать…

Но она только разревелась сильнее, утыкаясь мне в плечо, и вцепилась пальцами в футболку. Рон потянулся к ней носом… и стремительно втянул шерсть, меняясь на существо, к которому мама привыкла. Айвори округлила глаза на это, замирая, но уже в следующую секунду прижала его к себе, привычно пряча от меня.

Изменить привычки потребуется время…

— Пошли, — улыбнулся я.

Внутри затопило спокойствием. Стало плевать на все, кроме этих двоих.

Айвори пришибленно подчинилась. В гостиной я ее перехватил за талию и перенаправил в кухню.

Она бросила на меня загнанный взгляд и мотнула головой. А я поймал себя на мысли, что хочу ее помучать, пусть и понимал, почему она врала…

— Садись, — включил свет и проследил, как она опускается на стул. Отвести взгляд от того, как Рон требует грудь, и она машинально ее оголяет, оттягивая майку, не было возможности. Это все время принадлежало мне, и теперь я буду это брать. Айвори прикрыла глаза, когда сын нашел сосок и принялся жадно сосать, а я стоял, завороженный зрелищем, тяжело дыша.

— Не смотри так, — сипло потребовала она.

— Не могу. — И я стиснул зубы — такое желание рванулось в вены. Какие теперь были возражение против того, чтобы сделать ее своей? Она — мать моего ребенка. — Что будешь есть?

В холодильнике нашлось много всего по отдельности и ничего готового. Я на автомате нарезал мяса и рыбы, нашел сыра и зелени — вышли неплохие сандвичи.

— Да. Большую чашку.

Я улыбнулся — ничего тебя сегодня не спасет, девочка.

— Я сегодня видел свой дом, о котором забыл, — поставил перед ней чашку, внимательно наблюдая за ее эмоциями. Надо же с чего-то начинать. Хотя она все ждала другого. — Сезар его нашел.

— Он вообще о тебе почему-то переживает, — заметила она отстраненно.

Айвори глянула на меня пытливо:

— Тогда тебе повезло с братом. Он так рисковал…

— Да. — И я уставился на нее прямолинейно, наслаждаясь тем, как теряется между желаниями мне противостоять и сдаться на милость. Интересно, что выберет? Успеет ли вообще? — Ешь. Тебе вредно голодать.