Невидимые тени

– А он остался в ресторане?

– Да. Какое это имеет значение?

– Ты звонила ему потом?

– Он сам звонил. – Женщина переступает с ноги на ногу – ей больно находиться в такой позе. – Позвонил около трех ночи, я уже спать собиралась.

– Только собиралась?

– Я работала с бумагами допоздна, он знает, что в три часа я еще не ложусь. Он… сказал, что несколько дней будет очень занят.

– Да. Больше мне нечего вам сказать. Послушайте… отпустите меня, я ведь даже не рассмотрела вас толком, я никому…

– Скажи мне номер его телефона – того, который всегда с ним.

Дрожащим голосом она диктует ему номер. Олешко нажимает кнопку вызова, и когда в трубке послышалось отрывистое: «Слушаю вас!», подносит нож к горлу женщины – она кричит от страха, дрожа всем телом, а человек на другом конце трубки узнает ее голос.

– Я так понимаю, голос ты узнал. – Олешко отходит от жертвы, чтобы слышать своего собеседника. – И знаешь, чего я от тебя хочу.

Молчание в ответ сказало ему больше, чем все слова, которые можно было произнести.

– Ну, что ж. Тогда готовься – то же самое, что сделал с твоей сучкой, я сделаю с твоими девками, по очереди. И не спрячешь их, не устережешь. – Ярость бушует в его голове холодным пламенем. – Буду тебе их по частям присылать, а начну, пожалуй, с пальцев твоей пассии.

– Это случайно получилось. Мой человек не рассчитал… мы не мучили ее. Она просто умерла.

– Вот потому очень непросто умрут все, кто дорог тебе. Когда ввязываешься в такие дела, нельзя иметь столько привязанностей.

Ярость ищет выхода, и человек, который заикается в трубке, во всей мере испытает ее. Проклятые дилетанты! Если бы Майю похитили профессионалы, она до сих пор была бы жива! А эти случайно убили ее.

Павла терзает сожаление и непоправимость случившегося, его ярость должна найти выход. Он вспомнил, как Майя рассказывала о том, что произошло с ней, хрупкая и сильная – она не билась в истерике, не жалела себя, просто удивлялась тому, как поступили ее несостоявшиеся убийцы. И то, что она потянулась к Матвееву, их зародившееся чувство – двое израненных людей смогли перебороть свое горе и решили быть вместе – несказанно радовало его. Он был рад за Матвеева, который застыл в своем несчастье, как застывает муха в капле янтаря, он смотрел на Майю и думал – они с Максом станут отличной парой, потому что оба познали горечь потерь и будут беречь друг друга. А кучка паршивых дилетантов все разрушила. И это ничего для них не значит – ну, подумаешь, чисто случайно убили какую-то бабу, делов-то!

– Я научу тебя страдать. – Павел берется за нож. – Их четверо – одна из них уже у меня, трое твоих дочерей тоже скоро будут здесь. Старшая ведь беременна? Отлично.