Невидимые тени

Холод накрыл ее, многоголосая тьма взрывается яркими всполохами, и мамино лицо склоняется к ней, и Майя понимает, что времени не существует, она спала и видела какие-то страшные сны, а сейчас они снова дома, и мама будит ее к завтраку, а потом они все вместе пойдут на карусели в парк. Папа купит им с мамой пломбир и будет фотографировать их под всеми деревьями и фигурками сказочных героев. И больше не будет больно, потому что она проснулась.

– Иди завтракать. Заспалась ты сегодня.

Майя хочет встать – и не может, а за столом уже сидит какая-то девочка. У нее темная челка и настороженные зеленые глаза.

Девочка знакома Майе, но почему она здесь, если была во сне, и почему она велит ей бежать? Она не может бежать, куда ей бежать из своего дома?

– Оказывается, у меня две дочки. – Мама ставит на стол еще одну тарелку. – Как же я позабыла-то?

Майя хочет сказать, что не позабыла: у нее одна дочка, но вдруг понимает, что не знает собственного имени. А та девочка за столом… если она – Майя, то кто же…

Майя хочет сказать, что она не спит, но кто-то тяжело толкнул ее, и ей стало больно, очень больно, и голос отчего-то был злой.

– Ты дебил. Ты же убил ее, она мертва. Зачем теперь ее пинать?

Майя хочет сказать, что она жива, но ничего не получается.

– Не, этого не может быть. Я слегонца ее совсем, ну что я, девок никогда не глушил?

– Полюбуйся сам. Она сдохла, потому что ты ей череп проломил, дубина. Как мы теперь найдем камни?

– Может, она и не знала о них.

– Скорее всего, не знала, но контейнер у нее. И, главное, я же видел эту проклятую куклу у нее в квартире, но меня платье с толку сбило. Платье другое было, я понятия не имел, что этих кукол можно переодевать, да и кто бы мог предположить, что она станет это делать? Ладно, труп оставим как есть, потом зароем, а тем временем наведаемся домой к одному из ее друзей. У него детишки и жена, я узнавал. Вот мы прямо к ним сейчас и поедем, пока муж и отец семейства дома у своей приятельницы сидит, думает, как эту кралю найти.

– А если они полицию вызовут?

– Не вызовут. Они уже поняли, что мы настроены серьезно. Все, идем.

– Вот они нам их и отдадут, когда потрясем жену этого. А не отдадут – есть люди, которые найдут контейнер, не беспокойся.

– Смотри… Я-то что, а наши, сам знаешь, и так злятся, что такие деньги лежат где-то мертвым грузом.

– Всему свое время. Свет выключи.

Майя слышит, как они уходят, и не понимает, почему они сказали, что она умерла – ведь она все слышит, все видит и чувствует. Просто ей больно, но если спрятаться во тьму, боль уходит, хотя приходится вспоминать собственное имя, а это тоже больно. Надо спросить у мамы. Уж она точно знает, как ее зовут.

Майя поворачивается и бежит по знакомой дорожке к подъезду своего дома. Лестница отчего-то очень высокая, и ступенек много.