На изломе алого

Игнат стянул футболку, и Сашка поцеловала плечо парня – уже по-мужски оформившееся, рельефное. Провела по нему ладонями, узнавая своего Пуха. Его пальцы тут же оказались в ее волосах, откинули голову назад, чтобы найти глаза – серые и почти черные, оттаявшие глаза его Чайки.

Он набрался смелости и раздел ее, оставив на Альке только бикини. Пальцы касались девчонки ласково, осторожно, Игнат как всегда незаметно для себя повторил ее имя. Уткнулся лбом в нежный висок, понимая, как сильно хочет ее. Прижал к своему телу, ощущая в нем жаркую пульсацию и напряжение, и чувство обнаженности почти ослепило обоих.

– Аля, я боюсь ошибиться и что-то сделать не так. У меня еще никого не было, – сознался без стыда, – но я хочу тебя.

– Пух…

– Не надо. Не хочу знать. Пожалуйста, Алька, – он целовал ее лицо, обхватив ладонями, – скажи, что у тебя тоже никого… Никогда. Сегодня скажи для меня.

Слова больно царапнули, но Сашка все понимала, а потому повторила:

– Никогда.

Ноги уже не держали и оба упали на скрипнувшую под весом тел старенькую кровать. Брюки мешали, и Игнат стащил их. Отбросив на пол, склонился над Сашкой, рассматривая ее обнаженную. Погладил взглядом высокую грудь и тугие горошины сосков. Осмелев, коснулся их вслед за руками губами, теряя голову от вкуса Альки.

Сашка задохнулась и не сдержалась. Выдохнула: «Игнат», притягивая парня к себе за плечи. Чувствуя его твердое возбуждение, вздрогнула, раскрыв колени, когда острое желание заставило их бедра и губы соприкоснуться. Если бы Игната сейчас спросили: чего он в эту минуту хочет больше всего, он бы ответил: чтобы Сашка дотронулась до него там, где в паху ощущалась почти боль.

Он встретил ее руку с тихим стоном.

– Алька…

– Молчи…

Игнат тяжело дышал. От этой близости можно было сойти с ума. Пальцы нашли бикини и потянули вниз. Теплая влажность между ног Сашки окончательно снесла крышу.

– Алька, я дурак. У меня же нет презерватива.

– Ты что, боишься заразиться? – она спросила глухо и вроде бы равнодушно, но он почувствовал, как внутри нее мгновенно что-то напряглось, и не дал ей возвести стену.

– Нет, ты что! – ответил так, что она поверила. Поцеловал в подбородок, в губы. Снова подхватил их ртом с нежностью – пухлые и мягкие. – Просто подумал о тебе. А вдруг я не смогу остановиться?

– Не бойся, Пух, я чистая. А вероятность забеременеть на третий день после месячных минимальна, я читала.

– Аля…

– Просто поверь, ладно? И не останавливайся.

Теперь уже она поцеловала его. Потянулась губами, а он ответил. Торопливо сдернул с нее белье и накрыл собой. Не думал, что делает, за них, казалось, говорила сама природа, и Сашка, в ответ на откровенное движение Игната, подалась навстречу.

Оба рвано дышали, встретившись взглядами. Напившись возбуждения, хотели большего.