Скажи пчелам, что меня больше нет

Прекрасно знакомый с приемами газетчиков, Роджер тем не менее был поражен характерным для этого времени фактом: оказывается, приговоренные к смерти мужчины (как и редкие в преступной среде женщины) всегда следовали к эшафоту в сопровождении священника. То есть частным визитом пастора в тюремную камеру для молитвы и утешения дело не ограничивалось: служитель церкви шел рядом со смертником на Голгофу.

Что я сказал бы приговоренному к смерти, если бы меня призвали сопроводить его на казнь? — подумал Роджер. Конечно, он не раз видел, как умирают люди, — чаще, чем хотелось бы. Но то была естественная смерть, хотя порой чудовищная и неожиданная. Однако здесь совсем другой случай: здоровый и крепкий мужчина во цвете лет должен лишиться жизни по воле закона. Более того, последние мгновения несчастного становятся назидательным зрелищем для толпы.

Роджер вдруг с ужасом осознал, что и сам когда-то подвергся публичной казни. Французский тост с молоком едва не отправились в обратном направлении.

Правда… такое же испытание выпало Иисусу! Неожиданная мысль потрясла Роджера до глубины души. Казалось, он слышит голос Джейми, спокойный и рассудительный.

Но одно дело — видеть в Христе Бога и Спасителя (памятуя обо всех остальных причитающихся Ему ипостасях). И совсем другое — с пугающей определенностью знать, что именно чувствовал Иисус из Назарета на том кресте. Одинокий. Всеми преданный, испуганный, оторванный от близких, каждой клеточкой своего существа жаждущий остаться в живых.

Теперь ты знаешь, что сказать приговоренному к смерти, сопровождая его на Голгофу!

Он сидел и грелся на солнышке, переваривая французский тост и неожиданные озарения, когда дверь типографии распахнулась.

— Comment ça va? — Выйдя из дома в компании Жермена и Джемми, Фергус удивленно приподнял бровь. Роджер торопливо убрал руку с живота.

— Прекрасно, — ответил он, вставая. — Какие планы на утро?

— Жермен пойдет разносить газеты и листовки по тавернам. — Фергус с улыбкой похлопал сына по плечу. — Если не возражаешь, Джем пойдет с ним. Без твоей помощи, mon fils, приходилось совсем туго.

Зардевшись от отцовской похвалы, Жермен выпрямил спину и поправил тяжеленную холщовую сумку, набитую экземплярами «Л’Оньон», а также пачками листовок и буклетов с объявлениями рекламного характера. В одном из них некий капитан вербовал матросов на «Выгодный и приятный рейс к берегам Мексики»; в другом содержался перечень «Многочисленных достоинств знаменитого эликсира доктора Хобарта, гарантирующего избавление от целого ряда симптомов, начиная от запора и отеков ног до воспаления…».