Крик болотной птицы

Все это было бы ненужным, а главное — подозрительным.

А потому — Лысухин лежал на нарах и смотрел в потолок, по которому в разные стороны скользили размытые пятна света от невидимых прожекторов. А потом и вовсе заснул спокойным, безмятежным сном. Ему даже кто-то приснился. Кажется, это была та самая передовая трактористка из подшефного колхоза, с которой Лысухин познакомился до войны…

Проснулся он так же внезапно, как и уснул. Рядом с ним на нарах сидел какой-то человек.

— Что надо? — недовольно спросил Лысухин.

— Проснулся? — спросил человек. — А я все сомневался — будить тебя или не будить.

— Уже разбудил, — сказал Лысухин и сел. — Что, спрашиваю, надо?

— Поговорить, — ответил человек.

Лысухин внимательнее пригляделся к неожиданному ночному гостю. По виду это был мужчина средних лет, а по одежде — кто-то из жильцов помещения, в котором с недавних пор обитал и сам Лысухин. Ну а поскольку ночной гость говорил на чистом русском языке, то Лысухин сделал вывод, что этот человек — скорее всего, бывший пленный, перешедший на сторону немцев. То есть какой-нибудь инструктор или кто-то в этом роде.

— Кто ты такой, чтобы мне с тобой говорить? — зевнув, равнодушно спросил Лысухин."

"— Тот же, кто и ты, — ответил ночной гость.

— Вижу, — все так же равнодушно произнес капитан. — И о чем мы будем говорить?

— Ну, тема всегда найдется… — уклончиво ответил ночной гость.

— А почему ночью? — спросил Лысухин.

— А это смотря какой разговор, — все так же неопределенно ответил незнакомец.

— По ночам я веду только любовные разговоры с барышнями, — недовольным тоном произнес Лысухин. — А беседы на разные прочие темы — днем. Ты, как я вижу, не барышня. Так что если у тебя есть такая нужда, то подруливай днем. А сейчас я хочу спать.

Незнакомец еще какое-то время посидел на нарах, вздохнул, поднялся и ушел. Лысухин поглядел ему вслед и презрительно хмыкнул. Он прекрасно понимал, кто этот незнакомец и для чего он разбудил Лысухина. Провокатор он, вот кто — тут и сомневаться не приходится. Ведь не для душевных излияний он уселся к Лысухину на нары. Кто же будет изливать душу перед незнакомым человеком, особенно в плену? Значит, провокатор.

Другой вопрос — как Лысухину с ним поступить, когда он подойдет к нему днем? А в том, что он подойдет, капитан ничуть не сомневался. Провокаторы — они такие. Им надо выполнять задание. Значит, подойдет и еще раз попытается затеять разговор. Скорее всего, попытается устроить какую-нибудь провокацию.