Художница из Джайпура

 – Она повернулась к Канте: – Разве мистер Рочестер не влюбился в Джейн Эйр, хотя у нее не было денег? А леди Чаттерлей? Уж какая богатая, а выбрала бедного егеря. Да вы и сами, тетя, вышли за Ману по любви, а не по расчету. Почему же вы не верите, что мы с Рави тоже можем пожениться по любви?

Канта поморщилась, закрыла глаза.

– Потому что Парвати Сингх не разрешит сыну жениться по любви.

Радха отбросила мои руки. В ее голосе кипела ярость.

– Тебе плевать на мои чувства. И на чувства Рави.

– Канта, скажите ей.

– Если бы я только знала…

Канта скорбно поджала губы и посмотрела на Радху.

– Бети, – проговорила она, – я была бы счастлива, если бы ты никогда не узнала об этом. Но как только Шиле Шарме исполнится восемнадцать, ее выдадут за Рави Сингха. Позавчера Шармы объявили об этом на торжественном ужине.

Сестра оцепенела от изумления. Нащупала за спиной кресло, села.

– Мы с Ману там были. И Рави тоже, – продолжала Канта.

– Но… он же говорил, что родители никогда не женят его без спроса!

– Они спрашивали его, – пояснила Канта. – И он согласился.

На глаза Радхи навернулись слезы.

Сестру так огорошило услышанное, что она ничего не ответила. Мне хотелось ее утешить – до того она расстроилась, – но я понимала, что она меня оттолкнет.

– Рави не тот, кем ты его считаешь, – сказала я со всей деликатностью, на какую была способна.

– Ты говоришь это, чтобы сделать мне больно. Ты всегда так. Ты ведь не хотела, чтобы я отыскала тебя. Не хотела, чтобы я жила с тобою. – Глаза у Радхи покраснели от слез; она повернулась к Канте: – Вот поэтому я и хочу свою семью! Мы с ней так и не стали близки. По-настоящему. Так, как должно быть! Вы с дядей мне гораздо ближе, чем она!

Меня точно обухом по голове ударили. Канта бросила на меня сочувственный взгляд.

Некоторое время мы молчали. Наконец Канта глубоко вздохнула, встала, подошла к Радхе, опустилась на подлокотник, взяла ее за подбородок.

Я с благодарностью посмотрела на Канту. Никто никогда еще не вступался за меня.

– Это я устроила их помолвку, – сказала я сестре. – Я сделала это, чтобы…

– Как ты могла так со мной поступить?

– При чем тут ты! Я же не знала…

– Погоди! Но свадьба еще не скоро! За эти годы многое может измениться! Твои клиентки прислушиваются к тебе, может, ты поговоришь с матерью Рави…

Ей так же отчаянно хотелось изменить судьбу, как мне в пятнадцать лет.

– Парвати решила будущее сына еще до того, как у него прорезался первый зуб. Так же было и с нею самой, и с Самиром, и со всеми предками Сингхов.

– Что, если он… не признает ребенка…

– Радха может прервать беременность.

– Нет! Я ни за что не погублю своего малыша! Делай это с другими, со мной – не смей!

Судя по изумленному лицу Канты, она обо всем догадалась.