Художница из Джайпура

Я знала, что она не поймет, но вы-то меня понимаете, правда?

Канта озадаченно наморщила лоб, открыла рот, но не произнесла ни слова и отвернулась.

– Пожалуйста, объясните ей, – взмолилась Радха. – Он меня любит. Он заботится обо мне. Он хочет этого ребенка так же сильно, как я…

– Он знает о ребенке? Уже?

Радха объяснила мне, как маленькой:

– Нет, не знает… пока. Но я ему скажу, и он непременно обрадуется. Он клялся, что любит меня одну.

– Чушь! Ему семнадцать! Тебе тринадцать! – отрезала я.

– Ты же сама говорила: раз у меня начались месячные, значит, я стала женщиной.

– Это не значит, что ты готова рожать!

– Девушки в нашей деревне рожают и в тринадцать. А мне почему нельзя? К двадцати у них уже целый выводок. У меня никогда не было настоящей семьи. Маа грустила день-деньской. Питаджи пил. А ты – ты сбежала от Хари и бог знает где шлялась, пока я тебя не нашла!

При упоминании о Хари я беспомощно взглянула на Канту. Когда она приехала ко мне сегодня утром, я рассказала ей о своем прошлом – и о Хари, и о том, как он меня избивал, – обо всем. Я еще никому так подробно не рассказывала о своей жизни. Канта, конечно, неприятно удивилась, но ни словом меня не осудила.

– Лакшми, – прошептала Канта и поднесла руку ко рту. – Что будет, когда Парвати обо всем узнает?

Радха перевела взгляд с меня на Канту.

– А при чем тут его мать? Рави – отец ребенка. Все остальное неважно!

Я осторожно села. Боль пронзила виски.

– Прости меня, Радха. Это я во всем виновата. Мне следовало больше с тобой общаться… Послушай меня. Ты не выйдешь за Рави Сингха.

– Нет-нет-нет, и слушать не стану! – Она плакала, кривя губы. – Сначала ты говоришь, что мне нельзя во дворец. Потом отдаешь меня в школу, где смеются над моей прической, выговором, одеждой. Что я тебе сделала? Почему тебе можно делать все, что захочется, а я должна делать так, как ты скажешь?

Я думала, Радха уже простила меня за то, что я не взяла ее во дворец. Ведь теперь у нее есть платья по последней бомбейской моде. Красивая стрижка. Она учится танцевать европейские танцы и устраивать чаепития в английском стиле на восемь персон – чему я, разумеется, ее научить нипочем не сумела бы.

Заметив мою оторопь, Радха вскочила с кресла, плюхнулась на диван и схватила меня за руки. Ладошки у нее были влажные от слез.

– Джиджи, разве ты не хотела бы для меня такого мужа, как Рави? Он красив, как кинозвезда. Образован. Талантлив. – Она словно перечисляла все те качества, о которых я упомянула, когда предложила Парвати невесту для Рави.

– Парвати Сингх в жизни не допустит, чтобы ее сын женился на тебе. Она вообще не позволит ему жениться, пока он не окончит университет.

Радха крепче сжала мои руки.

– Тетя говорит, что любовь расцветает там, где и не ждали.