Художница из Джайпура

Почему бы и не девочку? Может, она выжила бы.

Я не поняла, откуда у нее эти мысли (и правда ли она так считает), но было ясно, что Канта страдает. Она была бы рада переписать все, что случилось за эти два дня, придумать другой финал. Да и кому из нас не хотелось бы того же.

– Знаю, – повторила я. – Ведь вы отлично ладите с Радхой.

Она еле заметно улыбнулась.

– Вряд ли можно назвать меня хорошей воспитательницей. По моему недосмотру она сбилась с пути.

– И по моему. Но все равно она очень вас любит.

– За пять месяцев ни одного письма. Ни единого.

– А ты ни разу не приехала ее проведать.

– Она такая упрямая.

– Как и ты, – ответила Канта.

Я выпрямилась. Она права: мне следовало сделать первый шаг.

– Я видела в саду Ману.

– Это я его отправила погулять. Что проку нам грустить вместе. – Она поймала мой взгляд. – Он так ждал этого ребенка.

– Тс-с-с. – Я помассировала точку между ее бровей.

– Ману сказал, Радха родила мальчика.

Мы молча смотрели друг на друга.

– Красивый, наверное.

Сейчас мне не хотелось о нем говорить. Ведь Канта так страдала. И я выкинула нечто совершенно на меня не похожее. Взяла прядь ее волос, выпятила верхнюю губу и зажала волосы меж носом и губой, подражая усам Баджу.

Канта улыбнулась сквозь слезы, положила руку мне на голову, точно хотела благословить – жест стариков и святых.

Едва Канта уснула, как я пошла в палату для новорожденных.

У сына Радхи были две руки, две ноги, десять пальцев на руках и десять – на ногах. Красивый младенец. Кожа его была изумительного оттенка – чай со сливками. Еще у него были тонкие, как паутинка, густые черные волосы. Я погладила его по шелковистой щечке, пощекотала пухлые ножки. Меня тянуло к нему, точно магнитом. Мы одной крови. У нас обоих глаза цвета моря. Наверное, в прошлой жизни мы были братом и сестрой.

– Почему у вас нет детей?

Я обернулась: в палату вошел доктор Кумар. Я не знала, что ему ответить.

– Прошу прощения. Бестактный вопрос.

Я посмотрела на спящего младенца. Его зрачки под розовыми веками бегали туда-сюда. Он провел на этой земле всего час. Что ему снится? Он раскрыл крохотный кулачок, потом снова стиснул, словно выжимал сок из манго.

– Я была замужем. Давно.

Интересно, знает ли Джей Кумар о нас с Самиром. Я взглянула в его лицо, в его глаза с устремленными вниз внешними уголками, и решила – вряд ли. В его вопросе не было подвоха.

– А вот у вас наверняка есть семья. – Я улыбнулась.

– Была. Давно, я еще маленький был. – Он опустил ладонь: мол, вот такой. – Ни братьев, ни сестер у меня не было. Родители умерли – погибли в автокатастрофе… – Он снял с шеи стетоскоп, аккуратно обернул трубку вокруг металлических дужек; крахмальный халат его зашуршал.

– Это было давно. Я тогда еще ходил в коротких штанишках.