КГБ в смокинге. Книга 1

— Эй! Что пьют в России с похмелья?..

Заложив руки за спину, Юджин стоял возле моей кровати и очень напоминал студента-медика, впервые попавшего в анатомический театр.

— Мужчины или женщины? — хрипло спросила я, радостно сознавая, что вспомнила почти все.

— При вскрытии врачи обычно утверждают, что средство надежное.

— Держи, это тебе вместо мышьяка… — Юджин повернулся, приподнял с тумбочки небольшой, похожий на табуретку с короткими ножками полированный столик, заставленный разнокалиберными блюдцами, розетками и чашками, и аккуратно установил его где-то на уровне моего живота.

Если вам известно понятие «ступор», то именно оно полностью описывает мою реакцию.

— Юджин! — вскричала я дурным голосом. — Что это?

— Это? — он почесал в затылке. — Кофе, апельсиновый сок, гренки, джем, масло, сливки…

— Я хочу открыть тебе страшную тайну.

— Знаю: ты не девица.

— Ну, во-первых, ты хам. А во-вторых, я видела это только в кино!

— Что «это»? Апельсиновый сок?

— Завтрак, который подают женщине прямо в постель, дурачок!

— Ты меня разыгрываешь, Вэл?

— А ты хочешь сказать, что в Америке все мужчины с утра приносят женщинам завтрак в постель?

— Такой информацией я не располагаю.

— Будешь завтракать со мной?

— Давай обменяемся страшными тайнами.

— Знаю: я у тебя первая женщина в жизни.

— Эта тайна сокровенная, — улыбнулся Юджин. — А страшная заключается в том, что пока ты спала, да еще и храпела, я вдруг почувствовал ужасный голод и успел перекусить.

— Ну и зря! — я отпила обжигающий кофе и почувствовала, как все в моей голове окончательно становится на место. — Я бы тебе бутерброд сделала.

— Действительно, зря, — кивнул Юджин. — Но кто мог предположить, что ты на это способна?

Я швырнула в него туго скрученную салфетку, промахнулась и в считанные секунды уничтожила все съестное.

— Если ты останешься таким же хотя бы три месяца, то — клянусь! — я нарисую тебя в виде иконы, повешу в укромный уголок и буду бить тебе поклоны каждое утро.

— Не святотатствуй. Ночь — время греха, а не молитв.

— Спасибо, достаточно.

Я вдруг ощутила едва уловимый укол тревоги.

— За то время, пока я спала, что-то случилось, Юджин?

— Почему ты так решила?

Он аккуратно поднял поднос, положил его на тумбочку и присел на край моей кровати.

— Нам надо поговорить.

— Что ты собираешься делать?

— Ну… — в этот момент до меня дошло наконец, почему я почувствовала тревогу: Юджин был, что называется, при полном параде — в костюме, галстуке и начищенных до блеска коричневых туфлях. — Почему ты спрашиваешь?

— Мы должны кое-что определить, Вэл. Домой тебе возвращаться нельзя. Надеюсь, ты понимаешь это?

— Понимаю, но не принимаю.

— Еще раз, пожалуйста.

— Я не могу не вернуться домой, милый.