Когда убьют – тогда и приходите

Дело, которое нашла Нина Ивановна, было проведено из рук вон плохо, неграмотно, и никакой полезной информации в сущности не содержало. Ирина это предвидела и даже хотела отправить Гортензию Андреевну одну, но потом все-таки упросила маму посидеть с внуком и съездила сама. Хотелось посмотреть, какой была сестра Любови Петровны. Ирина думала, что она много моложе, но нет, просто родила на пятом десятке, ближе к его концу, чем к началу. Такая же красивая и милая, очень похожая на сестру, и для нее тоже не нашлось у судьбы женского счастья. Только радость материнства. Приятная, обаятельная, и, кажется, неглупая женщина почти всю трудовую жизнь была одна и не сделала карьеры, как и сестра. Почему? Неужели из-за пребывания на оккупированной территории? Но разве это справедливо? За что расплачивалась эта девушка, которая совершенно не была виновата в том, что наши войска были вынуждены отступить? Из архива Ирина вышла со странным чувством, что сестры Красильниковы были ее близкими подругами.

Кроме этого, Гортензия Андреевна выяснила, что приятель Любови Петровны умер незадолго до нее, а перед тем имел какие-то дела с Ордынцевым. Официально смерть не криминальная, но тоже как посмотреть. Не исключено, что помогли.

Поразмыслив над этими странностями, Гортензия Андреевна сделала вывод, что убийцей мог оказаться сам Ордынцев, слишком уж тесно его судьба переплетена с судьбой Любови Петровны. Вроде бы у него алиби, работал в операционной, но вырвать десять минут из своего плотного графика и сбегать наверх придушить слабую женщину вполне реально.

Ордынцев – опытный врач и хорошо умеет распознавать психические расстройства, так что вполне мог заметить у Глодова признаки белой горячки и воспользоваться этим, чтобы свалить убийство медсестры на несчастного алкаша.

В конце концов, если он ни в чем не виноват, почему не сказал следователю, что ходил в обход, просто не оставил записи в историях? Зачем признался, что не был? Честность, или желание создать себе алиби?

Для проверки этой смелой гипотезы требовалось изучить обстоятельства смерти Михальчука, ну и вообще придумать хоть сколько-нибудь разумную причину, отчего Ордынцев ополчился на бедную медсестру и ее окружение. Если для второго необходимо просто напрячь воображение, то с первым сложнее. Смерть признана некриминальной, значит, уголовное дело не заводили, то есть придется выяснять, в каком морге бедняге проводили аутопсию, просить поднять из архива протокол вскрытия, или падать в ноги администрации районной поликлиники, чтобы нашли карточку с посмертным эпикризом.

Работа не так чтобы великая, но придется делать то, что Ирина ненавидела больше всего на свете – униженно просить.