Когда убьют – тогда и приходите

Гортензия Андреевна обещала быть в три часа и явилась как раз в тот момент, когда диктор радио перечислял время в разных городах, что всегда делал в пятнадцать ноль-ноль. По случаю наступления весны она сменила шубу на черное зауженное книзу пальто, а шапку с платком – на беретик, держащийся на пышной прическе явно не без помощи магии. В руках она несла лист ватмана, скрученный в тугой рулон и перехваченный посередине веревочкой.

– Прошу извинить, что злоупотребляю вашим гостеприимством, – произнесла она, увидев в коридоре Кирилла, – но из-за материнских обязанностей Ирины Андреевны мы с ней не можем встречаться на нейтральной территории.

– Да ну что вы! Мы чрезвычайно рады вас принять, – Кирилл принял у гостьи пальто, – Егор, посмотри, кто к нам пришел!

Сын робко вышел в коридор:

– Здравствуйте, Гортензия Андреевна!

– Здравствуй! Надеюсь, ты хорошо себя ведешь?

– Не пожалуемся, – быстро сказала Ирина.

– Вот и отлично. Если у тебя не ладится с уроками, можешь обратиться ко мне.

– Спасибо, – прошептал Егор.

Ирина пригласила учительницу в комнату.

Из коридора донеслось: «Вот видишь, Егорчик, я тебе говорил, что даже самому страшному страху надо посмотреть в лицо». Ирина прикрыла дверь. Наверное, ей показалось, что по лицу Гортензии Андреевны промелькнула вполне человеческая улыбка.

– На этом листе предлагаю для наглядности составить таблицу из имеющихся в нашем распоряжении фактов, ибо количество их растет и нуждается в систематизации.

Ирина огляделась. Единственный большой стол был превращен в детский уголок. На нем лежали пеленки, рожки и всякие другие приспособления для ухода за малышом. Где расположиться? На кухне дурной тон…

– Давайте прикнопим к стене? – предложила она.

– Будет очень удобно.

Ирина крикнула Егору, чтобы принес кнопки и фломастеры.

Через минуту из-за дверного косяка осторожно показалась детская рука, держащая требуемые предметы.

– Зайди, мальчик, и подай, как положено. Чем ты сейчас занимаешься?

– Читаю.

– А почему не делаешь уроки? Каникулы уже кончились.

Егор пожал плечами.

– После школы следует поесть и немного погулять, чтобы снять школьную усталость, и сразу садиться за уроки, а чтение и другой отдых оставлять на вечер. Ясно?

Егор кивнул.

– А выполнение уроков необходимо начинать с самой трудной задачи. Запомнил? Начинать надо с трудного! Спасибо тебе, что принес фломастеры.

Володя, при виде гостьи затаившийся в манежике, сейчас решил вступиться за брата и с возмущением выбросил на пол резинового ежика. Ирина подхватила сына на руки, и с этой позиции Володя гордо взирал на врага.

Егор убежал. Гортензия Андреевна посмотрела на Володю и, видимо сочтя его недосягаемым для своих педагогических атак, утратила к нему всякий интерес.