Герметикон

— У меня чисто!

— У меня тоже!

Менсалийцы в десяти шагах позади. Идут медленно, неуверенно, но все-таки идут. Тоже понимают, что другого выхода нет.

""Нам нужны Камни!""

А где-то в темноте затаились мыры, и в любой момент любой менсалиец, или Курок, или он сам, Дан Баурда, может бросить оружие, крикнуть: ""Все в порядке!"" — и спокойненько отправиться навстречу голодным тварям.

— Первый зал!

— Чисто!

— Установите факелы!

— Здесь четыре коридора!

Баурда оглядел каменный пол, пытаясь определить коридор, которым пользовались чаще, и распорядился:

— Нам нужен правый."

"Двое менсалийцев принялись торопливо заколачивать три ненужные двери, а остальные занялись установкой ""Шурхакена"". Баурда не понимал, чем пулемет поможет в пещере, но Секач сказал, что тяжелое оружие успокоит ребят, и Дан не стал спорить.

— Готово!

А звери до сих пор не появились…

Выжидают?

Но чего им ждать? Они ведь хищники! Голодные хищники! Они должны были напасть сразу, как только люди вошли в пещеру. Они обязаны были напасть сразу!

""Что-то здесь не так!"" По спине Баурды стекла капелька холодного пота.

— Входим в коридор!

А в нем тихо, как на кладбище… Или в пещере. Да, тихо, как в пещере. Слышно лишь дыхание Курка да сопение менсалийцев, но от этих звуков Дан абстрагировался, перестал их воспринимать.

""Может, мыры отыскали второй выход? Было бы здорово…""

— Впереди еще один зал, — доложил Курок.

— Вижу. — Баурда остановился.

Нервы — натянутые струны. Ипатый червь! Никогда раньше Дану не было так страшно. И не от того, что в пещере засели мыры, а от того, что их пока нет.

— Нужно подождать.

— Чего?

А в следующий миг громыхнул выстрел…

— У какого-то урода нервы не выдержали, — вальяжно объяснил Чизер. — Пальнул до того, как чужаки вышли в зал.

— Нам это на руку? — поинтересовалась Белла.

— Ага. Заманить чужаков в засаду не получилось, и теперь спорки придется попотеть, чтобы перебить их.

— И они потеряют много воинов.

— Ага. — Ллойд присел на корточки. — Погладить можно?

Ближайший мыр посмотрел на человека с подозрением, но без агрессии. Охотники уже знали, что круглоголовый находится под защитой Лидера и есть его нельзя. Во всяком случае — пока нельзя.

— Погладь, — разрешила Белла.

Чизер медленно протянул руку, и осторожно провел ладонью по лобастой голове мыра. Тот остался спокоен.

— Любишь животных?

— Ага.

— Что ты заладил: ага, ага. Отвечай нормально.

— Очень люблю, — тут же поправился Ллойд.

— Другое дело. Я тоже. — Белла помолчала, после чего с улыбкой добавила: — Но больше всего мне нравятся послушные животные.

…Спорки!

В храме полно спорки, а значит, мыры ушли. Или их перебили. Или…

Неважно! Важно то, что в храме полно спорки.

— Слева!

Выстрел.