Дом последней надежды

Боялись?

Или понимали, что он прекрасно осведомлен о всех этапах церемонии, просто… не считает нужным соблюдать чужие правила? Или вообще устал от правил?

— Юкико? У нее ведь срок скоро… вас не смущает?

— Дитя будет одаренным. — Колдун подогревал свой чай прямо в ладони, а у меня так не получалось. — Это хорошо… я бы принял его в свой дом… не факт, что у меня появятся собственные дети, а тут…

…целый уже готовый к использованию младенец.

— Скажите ей… и подарите что-нибудь для ребенка, а то ведь…

Мы все здесь старательно обходим тему грядущих родов. Несчастное дитя рискует начать жизнь прямо на циновке.

Исиго кивнул.

И отставил чашку.

— Сосредоточьтесь, — попросил он. — Сегодня должно получиться.

Он говорил это каждый день, а я делала вид, что верю.

Почему бы и нет?

Сила… на что это похоже? На поиски истины в черном кубе. Только куб внутри себя самой, а истина ускользает. Главное, что я продолжаю ощущать силу, я знаю, что она есть, где-то там, но… она проходит, что песок сквозь пальцы.

Или вода.

Вода журчит. Мой пруд не замерзает, да и тепло… относительно. Не стоит отвлекаться… сила — она не любит делиться моим вниманием. Ну же…

— Ты пытаешься ее подчинить. — Колдун спокоен. Он держит на ладони серебристый лист клена, который постепенно покрывается корочкой льда. И лед этот рождается на кончиках смуглых пальцев. — А надо просто почувствовать. Поверить… она есть.

Есть.

Знаю.

Только… не получается. Снова. И я злюсь. Злость — разно цветные искры, из которых разгораются клубки пламени. Но оно упрямо держится во мне, не спеша переродиться в искру. И толстая свеча, что уже который день подряд стоит на медном подсвечнике, так и остается незажженной.

— Меньше мыслей. — Колдун закрывает глаза. — Не думай, а чувствуй… для женщины ты вообще как-то слишком много думаешь.

И это было отнюдь не комплиментом.

Как ни странно, но именно я первой ощутила перемену."

"Будто… камень в ледяную воду бросили, в ту, что уже начала сгущаться, стянутая незримыми нитями рождающегося льда, но еще не обрела настоящую крепость. И камень она проглотила легко, не породив при том тревожной волны.

Он ушел.

Исчез.

И все-таки… я вздрогнула.

Как-то…

— Что-то не то, — задумчиво произнес колдун, поднимаясь. Как у него получалось так? Вот сидел и вот уже плавно перетек на ноги. И обындевевший лист вспыхнул, а серые хлопья пепла подхватил ветер.

Камень — не камень.

Что-то иное, что увязло, пусть не в воде, но в ограде. И это иное не привыкло к препятствиям. Его ярость полыхала так ярко, что я вдруг увидела ее.

Его.

Зверя?

Пожалуй, или… нет, все-таки зверь, пусть и было в искореженной его фигуре что-то донельзя человекоподобное.

Кривой?

— Иди в дом, — велел колдун, обтирая руки о платье.

Сегодня он был в зеленом.