Чужестранка. Книги 1-14

Однако всех не убедишь: одни будут винить Джейми, другие – считать Мальву потаскушкой и лгуньей; и, черт возьми, последние будут правы. Такие слова в адрес супруги лестными не назовешь. Во что превратится жизнь Йена, если он женится в сложившихся обстоятельствах на женщине, которой не доверяет и которую, очевидно, не любит?

– Ладно, – произнесла я, вставая со скамейки и потягиваясь. – Пока не спеши. Давай-ка сначала посоветуюсь с Джейми. Не против?

– Конечно, тетушка. Я бы и сам рассказал, да не знаю, как в глаза ему посмотреть.

Йен продолжал сидеть с опущенными плечами. Ролло лежал у его ног, опустив голову на мокасины хозяина. Я растроганно обняла племянника, и он прижался ко мне, как дитя.

– Не конец света, – проговорила я.

Солнце коснулось горной вершины, небо окрасилось в красное золото, и закатные лучи пробивались сквозь ограду палисадника.

– Ага, – неуверенно ответил он."

"Глава 83

Декларации

г. Шарлотт, округ Мекленбург.

20 мая, 1775

Роджер не подозревал, каким обилием спиртного сопровождаются события исторического масштаба. Хотя мог бы и догадаться: пребывание в академии научило его, что любое мало-мальски значимое дело обсуждается в пабе.

Пивные, таверны, трактиры и кабаки в Шарлотте вели бойкую торговлю. Там кутили делегаты, наблюдатели и обычные бездельники. Лоялисты собирались в «Деснице короля», ярые оппозиционеры – в «Синем кабане», сомневающиеся и неопределившиеся предпочитали «Гуся и устрицу» и разбредались по заведениям Томаса, Саймона, Бьюкена, Мюллера и паре-тройке безымянных забегаловок.

Джейми побывал в каждой из них. И нигде не отказывался от кружечки пива, эля, ромового пунша, шанди, ликера, портера, стаута, сидра, бренди, пива из хурмы, вина из ревеня, ежевичного вина, вишневой наливки, грушевого сидра и крепкого скрампи. Большинство напитков были алкогольными.

Роджер ограничивался только пивом и порадовался своему решению, когда случайно встретил на улице Дэйви Колдвелла, выходившего из фруктовой лавки с пригоршней молодых абрикосов.

– Мистер Маккензи! – воскликнул Колдвелл радушно. – Не думал, что встречу вас тут. Пути Господни неисповедимы!

– Воистину, – ответил Роджер, горячо и сердечно пожимая священнику руку. Тот обвенчал их с Брианной и несколько месяцев назад принимал у него экзамены в пресвитерианской академии. – Как поживаете, мистер Колдвелл?

– Ох, я-то неплохо. Да вот душа болит за судьбу несчастных собратьев!

Священник огорченно кивнул на группу мужчин, которые толпились у закусочной Саймона, смеясь и болтая.

– Чем же все это кончится, мистер Маккензи? К чему приведет?

В первую секунду Роджер чуть было не ответил ему на этот вопрос подробно и обстоятельно.