Чужестранка. Книги 1-14

Это стало последней каплей… Хотя, признаться, я и раньше не хотел на ней жениться… Но был готов… – Он провел рукой по лицу. – В общем, брать ее в жены я не собирался, просто она привлекала меня физически… Понимаю, это звучит паршиво! Но молчать больше я не в силах, тетушка.

Глотнув воздуха, он продолжил:

– Я… поджидал ее в лесу, когда Мальва ходила собирать ягоды. Увидев меня, она не заговаривала со мной, лишь улыбалась, приподнимала юбки, разворачивалась и убегала… Господи, я бросался за ней, как молодой кобель за сучкой… А однажды я опоздал, и в условленном месте ее не было. Вдалеке послышался смех, и я пошел на звук…

Йен так крепко сжал кулаки, что даже поморщился от боли, а Ролло тихонько заскулил.

– В общем, ребенок может быть и от Бобби Хиггинса, – с трудом проговорил он.

Я чувствовала себя вымотанной, как после тяжелой болезни: так трудно было дышать. Откинувшись на изгородь, я ощутила приятное прикосновение прохладных виноградных листьев к шее и горячим щекам.

Наклонившись вперед, Йен схватился за голову. Зеленые тени от листьев плясали на его лице.

– Что мне делать? – спросил он глухим уставшим голосом. – Я не против сказать, что я… что ребенок может быть моим. Только поможет ли это, как думаешь?

– Нет, – уныло промолвила я. – Не поможет.

Общественное мнение не изменится: все просто решат, что Йен лжет, чтобы прикрыть дядюшку. Даже если он женится на чертовой девице, толку не будет никакого…

Мне вспомнились его слова, я выпрямилась и с любопытством спросила:

– Ты сказал, что не хотел жениться на Мальве еще до того, как узнал про Бобби. Почему?

Он поднял голову и беспомощно развел руками.

– Не знаю, как объяснить. Девушка она хорошенькая, и нрав у нее добрый. Да только было у меня такое чувство… В общем, я бы не рискнул заснуть с ней рядом.

Я уставилась на него.

– Вот те раз.

Йен не стал развивать эту тему и хмуро спросил, вдавливая пятки мокасин в землю:

– Теперь уже никак не докопаться, кто из нас двоих отец ребенка, да? Просто… если он мой, я должен бы обрадоваться. И жениться несмотря ни на что. Если он действительно от меня…

Из обрывочных рассказов Бри я слышала о его жене Эмили, индеанке из племени могавков, а также о смерти их дочери. История племянника напоминала мне о собственной первой мертворожденной малышке Фэйт, которая всегда жила в моем сердце.

– О, Йен, – ласково сказал я, касаясь его волос. – Когда ребенок родится, можно будет попытаться определить, на кого он больше похож… хотя способ весьма ненадежный.

– Если я признаю отцовство и женюсь на ней, люди, может, поначалу и будут болтать всякое, но спустя время…

Его голос затих. Он был прав, разговоры понемногу улягутся.