Чужестранка. Книги 1-14

У Роджера екнуло сердце.

– Когда? И где?

– В Эдентоне, в начале следующего месяца. Из Филадельфии ненадолго приедет преподобный Маккоркл, а потом поедет дальше – в Вест-Индию, чтобы поддержать деятельность церкви. Так что… Возможно, я ошибаюсь насчет ваших намерений, поэтому заранее прошу простить самоуверенность моего обращения, мистер Маккензи… но вы все еще хотите принять священный сан?

– Всей душой.

Колдвелл просиял и крепко пожал Роджеру руку.

– Пусть это решение воздастся вам радостью, друг мой. Величайшей радостью."

"И тут же пустился в подробное описание Маккоркла, с которым повстречался в Шотландии. А потом принялся рассуждать насчет положения религии в колонии. Он с уважением отзывался о методизме, однако находил, что баптистам Нового Света в их вдохновенных излияниях на богослужениях «не хватает регламентированности», хотя они, бесспорно, руководствуются благими намерениями, а искренняя вера в любом своем проявлении всегда лучше неверия. Закончив излагать свои размышления, Колдвелл перешел, наконец, к делам насущным.

– Вы приехали со своим тестем, верно? Мне показалось, я видел его на дороге.

– Да, вы не ошиблись, – заверил его Роджер, роясь в кармане в поисках монет, то и дело натыкаясь на катушки с намотанными конскими волосами: он приберег их на тот случай, чтобы в минуты скуки и безделья смастерить новые лески для удочки.

– О, – заинтересованно протянул Колдвелл. – До меня дошли слухи, что он примкнул к вигам[531], это правда?

– Он верный друг свободы, – осторожно проговорил Роджер. – Как и я.

До сего момента ему ни разу не приходилось произносить это вслух, и теперь у него перехватило дыхание.

– Ага-ага, отлично! Как я уже сказал, до меня доходила такая информация. Но многие, напротив, говорят, что он тори, водится с лоялистами и что все его заверения о поддержке движения за независимость не более чем ложь и краснобайство.

Ответа на эту реплику вроде как не подразумевалось, однако вопросительно поднятые кустистые брови Колдвелла говорили об обратном.

– Джейми Фрэзер – честный человек, – сказал Роджер и опустошил кружку. – И благородный. Кстати, пора бы мне пойти да поискать его.

Колдвелл огляделся. Вокруг царило шумное оживление. Посетители один за другим просили принести счет и рассчитывались. Официальное собрание съезда должно было начаться в два часа в доме на ферме Макинтайра. Сейчас было где-то после полудня, и делегаты, докладчики и зрители стали потихоньку выдвигаться, готовясь к вечеру, сулящему горячие споры и принятие важных решений.

– Что ж, засвидетельствуйте ему мое почтение. Впрочем, может, я и сам его сегодня увижу.