Чужестранка. Книги 1-14

Повсюду росли деревья – во многом благодаря требованию Уильяма Пенна сохранять на пять акров вырубки один акр нетронутого леса (даже жадные политики двадцатого века не решились спилить все до последнего… наверное, потому что не придумали, как провернуть это с выгодой для себя и не оскандалиться). Так что все вокруг цвело, засыпая белыми лепестками спины впряженных в фургон лошадей.

Въезд в город преграждал армейский патруль. Нас остановили, требуя платы у кучера и двоих пассажиров-мужчин. Я же, надев в кои-то веки чепчик, спрятала глаза и пробормотала, что еду к дочери, которая должна вот-вот родить. Солдаты мельком заглянули в большую корзину с едой у меня на коленях и, даже не посмотрев мне в лицо, взмахом руки пропустили фургон. Все-таки у возраста есть свои преимущества. Интересно, часто ли среди шпионов встречаются пожилые дамы? Я о таких не слышала – но, может, они и впрямь хорошо маскируются?

Типография Фергуса располагалась не в самом респектабельном районе города, но и не на окраине. Крепкое здание из красного кирпича стояло в ряду таких же симпатичных домов.

Я не стала сообщать о приезде заранее – все равно прибыла бы вместе с письмом, если не раньше. Чувствуя, как в груди колотится сердце, я взялась за ручку двери.

За стойкой, перекладывая бумаги, стояла Марсали. Услышав звяканье колокольчика, она подняла голову и недоуменно заморгала."

"– Как вы тут, милые мои? – спросила я и торопливо поставила корзинку на пол, чтобы откинуть крышку стойки, которая мешала мне обнять Марсали.

Та побелела, словно увидела привидение, и, горько рыдая, упала мне в объятия. Я, не на шутку испугавшись, принялась гладить ее по спине и ласково бормотать всякие глупости. Платье на ней болталось как на вешалке, волосы потемнели от грязи.

– Все будет хорошо, – повторила я раз двадцать, прежде чем она наконец отступила и, шмыгая носом, вытащила из кармана несвежий платок. К своему потрясению, я увидела, что она опять беременна.

– Где Фергус?

– Не знаю.

– Он тебя бросил?! – ужаснулась я. – Да я этого гаденыша…

– Нет-нет, – поспешила заверить она, почти смеясь сквозь слезы. – Не бросил, конечно же. Просто он прячется от властей, и я понятия не имею, где он сейчас. Дети его найдут.

– И почему он прячется?.. Хотя нет, не так, – поправилась я, взглянув на черный печатный станок у нее за спиной. – Из-за чего именно?

– Из-за коротенького памфлета мистера Пейна. Он издает целую серию, если слышали, – «Американский кризис»[698].

– Мистер Пейн – это который написал «Здравый смысл»?

– Да, он самый. – Она шмыгнула носом и шумно его прочистила. – Он славный малый, но, как Фергус говорит, не из тех, с кем хочется выпить.