Чужая жизнь

Он готов был двигаться бесконечно долго, раз за разом начиная заново, пока обессиленными не повалились на кровать, слушая тяжелое дыхание друг друга, не разрывая объятия.

— Люблю тебя, — тихий шепот разорвал ночную тишину.

Сонная нега окутала любовников, накрывая своим покрывалом. Завтрашний день принесет новые дела и разлучит их, но ночь опять услышит скрип кровати, жаркие стоны.

Утро наступило для янарата рано. Дочь прыгала на кровати и требовала к себе внимания. Рыкнув на неё, Кошир перевернулся на бок и обнял Тамару.

— Папа, пора вставать. Вставай! Мама, пора гулять! — визжала наследная принцесса, не представляя, что ведёт себя совершенно неподобающе своему статусу.

— Маша, не перестанешь прыгать, к бабке сошлю, — пригрозил Кошир. От его слов Тамара резко проснулась, вскакивая на кровати, а дочь обиженно насупилась.

— Что ты дочь третируешь?! — возмутилась Тома, протягивая руки к красноглазой дочурке. — Она просто соскучилась.

Янарат закрылся одеялом с головой. Ох уж эти женщины.

— Том, хватит её баловать! Вырастет вредной и безответственной, — сказал он жене.

Та закатила глаза и помогла ребёнку слезть с кровати.

— Мы на кухню, как выспишься, спускайся. Я приготовлю твои любимые…

— Оладьи? — выглянул из-под одеяла янарат.

— Оладьи, оладьи, — рассмеявшись, заверила его Тома.

— Нет, блинчики, — заканючила янара, показывая отцу язык.

— Том, — жалобно позвал Кошир, прекрасно зная, что спор может проиграть.

— Хорошо, оладьи, — решила быть благосклонной к нему Тамара. — А блинчики завтра.

— Сейчас хочу, — капризно заявила Маша.

— Ремня бы тебе всыпать, — проворчал он.

— Я бабушке скажу, — не осталась в долгу дочь.

— Вырастил монстра, — шепнул Кош, закутываясь в одеяло.

— Маша, так нельзя, — мягко осадила Тамара их дочь, но та нашла кучу доводов, почему именно блинчики нужно печь, а не оладьи.

Дверь за ними закрылась. Янарат откинул одеяло. Сон ушёл. Зато пришло сообщение от ши Тамино. Он прислал имя предполагаемого заказчика. Расследование, кажется, сдвинулось с мёртвой точки.

— Опять унжирцы? — удивился янарат. — Ну давайте посмотрим, что за тип. Имя незнакомое.

Встав с кровати, янарат привёл себя в порядок, оделся и направился в кабинет. Он повёл носом, когда поймал вкусный аромат оладий с корицей. Всё же Тома бывает упрямой, когда захочет.

За завтраком Алиас меня просто огорошил. Я даже расстроилась. Мне казалось, он меня вчера простил и очень наглядно это показал, но нет, это было не так. Он объявил, что раз мне делать нечего, то он уволил няню, и теперь я должна заниматься детьми сама. Намекнул на вчерашнюю выходку. Дети внимательно его слушали и, кажется, не очень огорчились отсутствием няни. Эльза вообще весело захлопала в ладоши, влюблёнными глазами глядя на меня.