Зов Лавкрафта (сборник) (СИ)

Как попросить? На пальцах? Любой нормальный водитель, увидев во рту у Гоши извивающуюся тварь тут же свалит к чертям.

Уехать на драндулете Ильича обратно в Краснодар. Найти больницу. В больнице поймут, как это вытащить. И что это вообще такое.

Гусеница, будто сообразив, что речь идет о ней, снова принялась извиваться. В глубине горла болезненно заныло, грудь вдруг сдавило так, что потемнело перед глазами. Гоша оперся о дверной косяк. Дыхание сбилось. Он часто и громко закашлял, прикрыв рот рукой. Почувствовал, как крохотные усики щекочут разгоряченную кожу на пальцах.

В голове вдруг зародилась мысль.

Надо вернуться во имя возрождения Первенца.

Мысль была настолько странной, что Гоша сначала не понял, как она оказалась внутри его головы. Будто кто-то забросил ее туда. Кто-то посторонний.

Вдалеке зародился шум, темноту разрезал свет фар. По трассе пронесся автомобиль. Гоша наблюдал за ним, пока снова не стало темно и тихо.

В голове закрутилось непонятное.

Гоша подумал, что никогда не лакомился сочным свежим человеческим мясом, завернутым в кожу, как в лаваш.

Ми-го рассказали бы ему о пользе поздних ужинов человечиной.

О, у них на этот счет было много интересных теорий.

Гоша зашел внутрь автозаправки, под зеленоватый свет ламп, и плотно прикрыл за собой дверь. Гусеница во рту извивалась, скользила по щекам с обратной стороны и касалась усиками губ.

Сознание словно разделилось надвое. Две мысли, одинаковые по силе убеждения, столкнулись в голове.

Разве тебе не нравится шаурма? Не подделка от Заурчика, а настоящая, свежая, жирная человеческая шаурма в естественной упаковке? Первый сорт!

Надо бежать. Куда угодно. Бежать отсюда.

Или стать новым Адептом.

Подумай, разве это не прекрасно — поклоняться великому божеству, которое появилось на земле задолго до зарождения разума. Стать тем, кто заглянет в первородные стихии космоса и узрит великого отца — Ктулху!

Гоша разглядел собственное отраженье в мутном окне. Увидел, как длинные усики выскальзывают из его рта и ощупывают онемевшие щеки, подбородок, скулы.

…Если надкусить чуть ниже подбородка, пустить кровь, то наткнешься на такой вкусный кусочек, которого никогда в жизни не пробовал!..

Во рту скопилась слюна. Чужие мысли были невыносимы.

Гоша бросился к стойке, за которой подмигивал яркой лампой холодильник. Ноги сделались ватными. Гусеница, почуяв неладное, забилась в агонии. Перед глазами запрыгали разноцветные огоньки. Гоша, потеряв на секунду ориентир, ударился головой о стену и едва не упал. Нащупал руками стойку, зашел за нее, склонился над холодильником. Задняя стенка у него была зеркальной.