И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

Он слышал часть истории мисс Маллинз от подвыпивших деревенских остолопов в «Человеке смертном», но при виде самой женщины понял, что может ей доверять. Он объяснил прямо, что ему нужно.

– Думаю, правильно будет предоставить вам эти сведения, инспектор, хотя как государственная служащая я обязана хранить их в секрете. Sous le manteau de la cheminée, конечно… Я хочу сказать, нужно соблюдать конфиденциальность, понимаете?

– Вполне… Sous le manteau.

– Вы говорите по-французски?

– Немного, но давайте продолжим по-английски.

Литтлджон хорошо знал французский. Его добрые знакомые из соседней квартиры в Хэмпстеде были французами и вечерами за игрой в бридж часто давали ему уроки, однако не видел смысла вести расследование на иностранном языке. Не следовало позволять мисс Маллинз отклоняться от главного.

– Я только принесу корешки квитанций на заказные письма, который мистер Райдер отправлял своим издателям, инспектор. Это мелкие бандероли. Naturellement[52], рукописи не занимают много места, правда? Давайте-ка посмотрим… – Она снова торопливо юркнула в заднюю комнату и принесла свои учетные книги. Потом принялась нервно перелистывать корешки квитанций, шевеля губами и зачитывая имена. – Ну вот, инспектор. Примерно раз в месяц отправлялась бандероль по адресу: Юго-Западный почтовый округ Лондона, Стокуэлл, Севен-Систерс-роуд, 44Б, издательство «Граймз и Уиллз».

Литтлджон записал адрес. Странное место для издательства! Нужно будет проверить.

– А самому мистеру Райдеру приходили почтовые бандероли с доставкой на дом, мисс Маллинз?

– Да. На его адрес приходили пакеты примерно такого же размера, как те, что он отправлял. Наверное, рукописи, которые мистер Райдер читал или правил, n’est-ce-pas?[53]

– Вероятно. А в последнее время бандероли поступали или отправлялись?

– Нет. Ничего с… так, так… вот последняя квитанция. Ничего с самого падения Франции… – Голос мисс Маллинз дрогнул. – Милая, милая Франция, – прошептала она и разрыдалась.

Литтлджон поспешно скрылся в телефонной будке и позвонил в Скотленд-Ярд насчет адреса, по которому Райдер отправлял бандероли. Пока он ждал, почтмейстерша успела привести себя в чувство с помощью большого носового платка. Вскоре к почтовой стойке подошла женщина получить денежный перевод. Двое детей заглянули, чтобы купить по плитке шоколада, его пришлось извлекать из тайника за горами запасов бакалеи и тканей, в беспорядке загромождавших полки. Запахи кофе, сыра и аниса проникали даже в закрытую телефонную будку.

– Простите меня, инспектор, – произнесла мисс Маллинз, когда Литтлджон снова вошел в магазин. – Я ужасно расстраиваюсь, думая о том, что случилось с местом моих счастливых воспоминаний.

Очевидно, она забыла о пережитых унижениях.

– Не извиняйтесь, мисс Маллинз.