Шанс для злодейки

Узнав, что испытывает бумага, вряд ли я когда-нибудь ещё захочу порисовать.

— Две… Волосы не тёмные, определённо. Завитые.

— Круг сужен до четверти всех придворных, заполонивших дворец, — фыркнул мессир Вальде. — Нет, продолжайте. Вы сильно напрягаетесь, попробуйте расслабиться. Дайте образам самим прийти к вам, вместо того, чтобы гоняться за ускользающим.

Я боялась, что если сделаю так, как он говорит, то последнее растворится в неясной дымке, как сон, который не успели записать.

Отдельные черты, украшения, форма причёсок. Одна из женщин однозначно была молода: острый подбородок и нос, ни единой морщины, гладкий высокий лоб со слишком туго стянутыми назад мелкими кудельками. Она сидела рядом, пока другая рисовала.

— Леди Ригби! — воскликнула я, осознав. — Это леди Ригби! Она сообщница.

Маг встретил новость без видимого удивления, словно я сообщила, что картошка подорожала на два медяка.

— Зачем ей подставлять принца? Я не понимаю…

— Девятая, — жёстко сказал маг, — соберитесь. Нам нужно ещё одно имя.

Я закрыла глаза руками. Сквозь сомкнутые пальцы красноватым свечением проникало солнце.

Вторая женщина не была блондинкой. Волнистая прядь, что коснулась листа, отдавала медной рыжиной. Густо напудренные руки, чтобы скрыть пигментные пятна. И ряды крупных рубинов на шее, таких огненных и чистых, каких нет даже у самой королевы.

Рука сползла по лицу. Я беспомощно посмотрела на мессира, не понимая вообще ничего в этой жизни. Она ведь была добра ко мне. Добра к принцу. Она на его стороне!

Пересохшие губы сопротивлялись:

— Леди Кемброк. Вторая женщина — леди Кемброк.

Разбирательство вышло громким. Наверняка его отголоски останутся в истории Регелана сюжетами пьес и романов, будут проскальзывать в образах с картин и гравюр. Несчастная любовь, подлость, трезвый расчёт и хитрость — жгучая смесь, к которой люди искусства не могут остаться равнодушными.

Всё придумала леди Кемброк.

Она не без оснований тревожилась о своём положении в случае, если король отправится в мир иной. Вернее, «когда» — никто не сомневался, что полная сил и здоровья дама переживёт своего монаршего друга.

С королевой ей было не договориться, та не переносила фаворитку на дух. Если Бриония получит власть… Не стоило сомневаться, что в первом же завтраке после смерти короля окажется лошадиная доза яда. Как бы она ни была привязана к Гримбальду, воссоединяться с ним так скоро в её планы не входило.

Леди Кемброк сделала ставку на принца. Она никогда не пыталась заменить ему мать, но относилась с теплом, как к забавному щеночку, которого иногда можно потрепать за ухом. А если слишком надоедает лаем — ненадолго выставить за дверь.