Дни нашей жизни

Когда мы сидели на скамейке возле церкви, все выходящие неодобрительно косились на нас и крестились. Хотя, возможно, они крестились, потому что так было принято делать на выходе из храма, а не при виде нас. Но я точно не знаю.

Когда Слава сказал, что у него от запаха в церкви разболелась голова, откуда ни возьмись, как в самых настоящих фильмах ужаса, рядом оказалась незнакомая пожилая женщина, сообщившая нам страшным тоном:

— Дьявол не переносит запаха ладана…

И отошла.

Жуть, как какая-то ведьма из страшных сказок.

Лев усмехнулся:

— Нам тут теперь не рады, лучше уйти.

Когда я задержался у скамейки, зашнуровывая ботинки, ко мне подошла мама Льва. Она спросила про Славу:

— Кто он тебе?

Я выпрямился и немедленно собрался. Уверенно ответил:

— Дядя.

— А чего ты с таким дядей шатаешься? Расскажи родителям, какой он, чтобы больше никуда тебя с ним не отпускали.

Я кивнул:

— Конечно.

Она неестественно улыбнулась мне на прощание.

Когда я нагнал родителей, они спросили:

— Надеюсь, ты ей ничего лишнего не сказал?

Я отчеканил:

— Нет. Оказался с вами случайно. Вижу вас впервые. Пойду пожалуюсь маме и папе.

Они засмеялись, и Слава потрепал меня по волосам, притянув к себе.

А поцелуй в церкви стал одним из исторических моментов нашей семьи — наравне с началом их отношений и моим появлением.

Что ж, всё верно: исторический город — для исторических моментов.

КАК ГУБКА БОБ И ПЛАНКТОН

ВЫЛЕЗЛИ ИЗ ТЕЛЕВИЗОРА

Многие люди думают, что если в семье есть врач, значит, все домочадцы залечены, спасены от всех бед и бессмертны по умолчанию. Представляется, что дома есть аптечка с полным ассортиментом настоящей аптеки и при любом покалывании в боку тебя тут же пичкают лекарствами.

На самом же деле такого понятия, как «аптечка», не существовало в нашей семье вообще. У нас был только градусник, да и то появился он не сразу, а когда я впервые простыл и мне было необходимо измерить температуру. Любые медикаменты приобретались не на всякий случай, а по факту случившегося. Постоянными были только некоторые таблетки от головной боли.

Всё потому, что по понятиям нашего семейного доктора Льва пациент не считается больным, пока находится в сознании и может самостоятельно передвигаться. Уживаться с такими понятиями о болезни довольно тяжело. Лёгкая простуда и температура 37? Но ты твёрдо стоишь на ногах, а значит, дойдёшь до школы! Жалобы на слабое недомогание Лев тоже не любил. В семь лет я уже знал названия обезболивающих и был в курсе, что в случае головной боли должен пойти и взять таблетку, а не ходить вокруг родителей и жаловаться.

Такие требования Лев предъявлял не только к нам, но и к самому себе. На настоящее время он работает врачом уже больше десяти лет и за всё это время ни разу не уходил на больничный.