Жестокий роман

Во всем выглядит так, что отшибает мозги. Опять нацепила мою рубашку. Галстуком как поясом подвязала и готово. Хоть сейчас на подиум. На обложку. Тонкая. Звонкая. И талию легко ладонями обхватить.

— У меня волосы слишком густые, — откладывает расческу. — Путается все. За эти дни вообще колтун сбился. Наверное, придется подстричься под ноль.

Такая маленькая. Ранимая. Беззащитная.

Но это обман. Иллюзия. На самом деле, она обычная шлюха. Сколько мужиков у нее было? До Стрелецкого — пять. Если судить по досье. Хотя тут и одного достаточно. Не назвать ее уже девушкой. Замуж пошла порченой.

А я повелся на рыдания. Тугую жопу не тронул. Еще и выгулять собрался. За покупками повезу. Дебил.

— Пойдем, — поворачиваюсь и выхожу из комнаты.

Она устремляется следом. Опасается рядом идти. Поодаль держится. Будто это спасет в случае чего. Наивная.

— Марат, — застывает на пороге.

А я уже выхожу во двор. Оборачиваюсь. Хмурюсь, глядя на застывшую в дверном проеме фигуру.

— У меня же обуви нет, — говорит тихо.

Руками разводит. Вся такая беспомощная.

Возвращаюсь и перебрасываю ее через плечо, отношу в гараж, усаживаю в машину. Как куклу. Одевать буду по ходу также. А потом раздевать. И раздирать.

Я расскажу ей про долг. Сегодня. Хватит откладывать.

* * *Мы покупаем туфли. Удобные. Без каблука. А потом — красивые. Такие, в которых она становится со мной одного роста. Дальше следует сумка. Для комплекта. Куча платьев. Чулки. Джинсы. Шорты. Разные футболки. Фен. Несколько расчесок. Банки и склянки. Какие-то чисто бабские прибамбасы.

Всю хрень запакуют и доставят нам прямо домой.

Торговый центр принадлежит мне. Но ей об этом знать необязательно. Видеокамеры отслеживают каждый шаг. Записи, где нас видно, подчистят позже. Не останется даже следа.

Девчонка не пытается сбежать. Умная. Понимает, что поводок в моих руках, а вокруг только видимость свободы.

Отвожу ее в ресторан, заказываю еду.

— А тебе мы ничего не выберем? — спрашивает вдруг. — Столько всего накупил. Даже неудобно.

— У меня все есть.

— Уверен?

Глаза горят. Дьявольски. Точно ведьма. Еще и губы свои пухлые покусывает. Дышит напряженно.

— Ешь, — говорю.

А сам ем исключительно ее. Взглядом. Пожираю. Она так и не сняла мою рубашку, не поменяла на обновку. Из покупок только сумку и новые туфли при себе оставила.

— Вкусно, — улыбается. — Мне нравится твой выбор.

— Я рад.

Впервые жалею, что не употребляю алкоголь.

Интересно. Сколько в ней градусов?

— Ты, — осекается, опять нижнюю губу кусает. — Хм, ты разрешишь выбрать кое-что? Для тебя.

— Что?

— Сюрприз.

Игривая. Веселая. Взаперти она совсем другая. Но так ей гораздо лучше. На воле. На людях. Искрится вся.

— Валяй.

Любопытно, как далеко зайдет. Куда. Когда придется ей когти обломать.