Жестокий роман

Его ладонь обхватывает мое горло. Не сдавливает. Просто держит. Пальцы поглаживают кожу. Очень медленно.

— В холодильнике много мяса, — продолжаю невозмутимо. — Замира сказала, что ты всегда сам его готовишь.

— Ведьма, — бросает отрывисто.

Рывком поднимает меня на ноги. Практически шею сворачивает.

Сжимает пальцы, заставляя хрипеть, цепляться за широкое запястье, царапать ногтями мощную руку.

— Чем тверже член, тем мягче мозг, — заявляет Марат. — Угадал? Думаешь, не знаю, что творится в твоей голове? Не понимаю эти блядские уловки?

Задыхаюсь от боли. Не могу вдохнуть.

— Ты не первая баба, которая так выделывается передо мной, — припечатывает холодом. — И уж точно не последняя.

Он отпускает мое горло, позволяя судорожно вдохнуть, и тут же сдавливает грудь, выбивая кислород из легких. Сминает через ткань рубашки, заставляет закричать.

— Если бы не твои торчащие соски, я бы и секунды этот концерт не терпел.

Он дергает полы рубашки в разные стороны. Пуговицы летят на пол."

"— Чтоб я больше ни клочка одежды на тебе не видел.

Сдирает ткань.

— Иначе что? — спрашиваю еле слышно.

— Иначе заставлю орать по-настоящему.

Его губы растягиваются в ледяной усмешке.

— А теперь пойдем, — выдает хрипло, подталкивает к выходу.

— Куда?

— Ты же голодна, — хмыкает. — Буду жарить.

Марат не уточняет. Что именно? Мясо или меня?

* * *На улице уже темно. Скупой свет фонарей не дает ничего толком разглядеть. Наверное, это сделано намеренно. Выбран особый режим освещения, самый минимальный, приглушенный. Успеваю заметить вдалеке несколько фигур, однако они практически сразу растворяются в пространстве, спешат скрыться, точно следуют негласному приказу.

Значит, и охрана тут есть. Сколько человек? По крайней мере, пять или семь. И пусть сейчас они держатся на расстоянии, будет трудно обойти подобное оцепление. А за деревьями наверняка есть забор. Высокий и глухой. Может даже колючая проволока. Под электрическим напряжением.

Отчаяние затапливает изнутри. Мне не выбраться. Не спастись.

Нет. Хватит. Рано сдаваться.

Марат закатывает рукава и разводит костер, устраивает мангал. А я слежу за его движениями как под гипнозом. Сижу на сырой траве, поджав под себя ноги. Абсолютно голая. Но холода совсем не ощущаю. Наоборот. Бросает в жар.

Я пытаюсь придумать новый план. Как нагнуть этого урода. Как его продавить. Как задурить ему голову. Как войти в плоть и в кровь, стать единственной слабостью.

Я хочу, чтобы он превратился в моего раба, склонил свою упрямую башку. Но пока на коленях опять оказываюсь лишь я.

— Чего затихла? — спрашивает Марат, бросает кусок мяса на решетку.

— Думаю над новыми уловками, — отвечаю ровно.

— Валяй, — заявляет насмешливо. — Удиви меня.

— Я просто не привыкла ходить без одежды.